Не твои наследники (СИ)

С отпечатком интеллекта на лице…

— Вы остановили лифт, чтобы поговорить о духовности?

— Хочу уберечь одну красивую женщину от ошибки. Дай мне свой телефон, — протягивает руку ладонью вверх.

— Зачем он вам? — мои пальцы инстинктивно стискивают девайс. Сердце снова ускоряется. Этот человек не так прост, каким пытается казаться. Мне кажется, что даже Мила его не знает, не смотря на то, что живёт с ним под одной крышей и ждёт от него ребёнка.

Не дождавшись от меня реакции, Андрей без труда выдёргивает мобильный из вспотевшей ладони.

"— На всякий случай оставлю тебе свой номер, — спешит успокоить, заметив мою растерянность. — Если понадобится помощь, можешь набрать меня в любую секунду.

Справившись с задачей, вручает мне девайс. Принимаю его, не сводя с Андрея настороженного взгляда.

Какого черта он творит?

— У меня есть мужчина. Он решает мои проблемы. Вас они никоем разом не касаются, — отбиваю, словно очнувшись от кратковременного гипноза.

— Он может блестяще спасать тебя от кого угодно и сколько угодно, защищать от всех бед, но только не от самого себя. Не торопись удалять мой номер. Хотя бы до свадьбы. Сотрёшь, когда будешь уверена в том, что он тебе точно не понадобится. Обещаешь?

— Откуда вы так хорошо его знаете?

— Я всё знаю о своих конкурентах.

— Как и они о вас?

— Не исключено, — добавив это, Соболь приводит в движение лифт.

Вибрация сотового вынуждает вздрогнуть. Бросаю взгляд на экран. «Тот, который Исаев» настойчиво пытается дозвониться, а я как вкопанная, не решаюсь взять трубку.

У меня час ночи, у него одиннадцать. Он в Германии, я в лифте с его конкурентом. Лучшего момента в жизни не придумаешь…

— Ответь, я сделаю вид, что меня здесь нет, — Андрей отходит к дверям.

Достигнув нужного этажа, лифт останавливается. Распахивает створки, выпуская нас обоих наружу. Пройдя мимо консьержа, я сразу же принимаю вызов.

— Руслан? Что-то случилось? — в горле настолько сухо, что, кажется, я хриплю.

— Случится, если ты сейчас же не покинешь квартиру своей подруги и не спустишься вниз, — он говорит спокойно, но с той интонацией, которая способна раздавить не только человека, но и выстоявшее веками прочное сооружение. — У тебя ровно две минуты.

Разговор внезапно обрывается, как и моё натянутое спокойствие. Выходя из парадного, я нервно толкаю дверь. Тугой морозный ветер ударяет мне в лицо, мгновенно обжигая лёгкие.