Не рассказывай

Вчера была наша последняя встреча», — прислала мне тогда, в воскресенье. В субботу на коленях, значит, моих ерзала, сосались на полную, обнимались. Решили, видеться будем. Домой отвез, трахнул ее качественно — стонала, извивалась вся, текла так, как ни одна баба подо мной. Всю ночь о ней думал потом, уснуть не мог, фантазировал, что еще сделаем и как дальше будет. Радостно и легко на душе было.

Утром еле проснулся на пробежку. В семь, вместо шести. Но это ладно. А самому не терпелось написать ей. Боролся с собой, пока занимался, чтобы не показаться излишне заинтересованным.

"А когда сорвался и спросил, как дела, — она меня уже бросила к тому времени, оказывается! Ей пох*й было. Психанул тогда страшно! Сразу ведь понял — к мужу решила вернуться. После того, что между нами было, — разорвать общение — точно в другом мужике дело.

Вечером к Ренату заехал, у него толпа как обычно. Девок много. Пару номеров записал себе на будущее. С одной блондинкой в спальне уединились, трахнулись по-быстрому. Вроде тоже красивая, славная. Веселая. Со стороны глянешь — ничем не хуже Ксюши. Хотел сильно. Но едва кончил — настроение упало.

Нажрался бы, да не пью, обещал же дяде Мише. Поэтому поехал домой быстрее. Помылся тщательно. Хоть и с резинкой был, но ощущение, что замарался. Стыдно стало неясно за что. Ничего плохого не сделал, никому ничего не должен. А будто сделал. Надо было вышибать Ксюху из башки. Клин клином, временем или еще как. Зараза в кровь попала. Вот так бегать — ненормально.

На следующий день злился адски. В спортзал пошел, грушу колотил.

Она написала в директе первой, сторис с мостом оценила. Что ж, Ксюша, мосты тебе, значит, нравятся. Хочешь без обязательств — будет тебе, коза, без обязательств.

Хотел с ней грубо, но грубо не вышло. Не могу, когда она смотрит так, когда целует, обнимает… Какие там грубости? Целуешь как в последний раз в жизни.

Ушел поскорее, чтобы снова не начать унижаться.