Не рассказывай

Мы справимся сами. Без него.

— Незаменимых нет! Сама говорили, что Богдан дружит с Андрюшей. И благодаря ему тебя и взяли на работу.

— Да нет же! — всплескиваю руками, поражаясь ее способности коверкать факты. — Я устроилась сама, и проработала в фирме два года, прежде чем мы с Андреем начали встречаться. Даже если Богдан меня уволит, я найду другое место.

— Ну-ну, устрою тебя техничкой в нашу столовку по блату.

— Тоесть можно работать либо у Богдана, либо техничкой? Третьего варианта по-твоему нет? Всё короче, я пойду пройдусь, — спешу в прихожую.

— Выгонишь мать зимой на улицу? — спрашивает она.

— На улицу не выгоню, но больше не позову. Мне плохо, мам, я сама сильно переживаю, — машинально натягиваю рукава водолазки ниже, хотя они не короткие. Безумно зудятся предплечья. — Но навязываться ему не буду. Бегать за ним не буду.

Я выхожу на улицу, морозный воздух тут же колет лицо, иглами впивается во влажные глаза. Порывистый ветер развивает волосы, и я поспешно надеваю шапку. Иду к машине, воровато оглядываясь по сторонам, словно в поисках черной «Камри».

Если бы она тут стояла, я бы, клянусь, вызывала полицию!

Но ее нет. Есть только пропущенный на телефоне. Один. От Дениса. И сообщение от него же: «Прости, я повел себя как олень». Рано утром пришло. В начале седьмого.

Глава 15

Я возвращаюсь домой только через пару часов.

По пути заезжаю в любимую кулинарию, чтобы купить морковный торт и эклеры. Пирожные настолько свежие и аппетитные, что, клянусь, еле довожу до дома в целости и сохранности. Так и хочется откусить кусочек! Попробовать.

Я чувствую сожаление из-за того, что накричала на маму. Планирую помириться. Как бы там ни было, она хочет как лучше и не заслуживает моих срывов.

В машине тепло, я снимаю бомбер. Машинально бросаю взгляд на рукава водолазки, на них пятнышки крови.

Передергивает от этого зрелища. Мне так за себя стыдно, что я вновь кидаюсь расчесывать руки, но торможу себя.

Вдох-выдох.