Не рассказывай

Мне тепло, но при этом немного страшно. Разве я смогу теперь прожить без этого тепла? Гончаров целует меня в лоб. Потом берет мою руку, чуть наклоняется и целует зажившее запястья.

— Моя девочка, — констатирует спокойно.

Я молча киваю. Обескуражена, сломлена, удовлетворена.

Кажется, спесивый мальчишка только что в очередной раз самоутвердился в новой роли.

Глава 38

Утром мы оба просыпается рано. У Дениса привычка: в шесть подъем, во сколько бы ни лег. Его способность чувствовать себя бодро после четырех часов сна рождает внутри зависть с легким налетом раздражения.

Моется в душе.

Когда в семь утра я, закутавшись в простынь, выплываю в коридор, он уже готовит завтрак.

— Я на тебя яичницу жарю. Доброе утро, — голос звучит бодро и немного радостно.

Я улыбаюсь в ответ.

— Доброе. Спасибо! — Поворачиваюсь в сторону ванной.

— Эй! — окликает Дэн. — Подошла и поцеловала любимого мужчину, — указывает пальцем на свою щеку.

— Погоди умоюсь только.

— Сейчас же, — командует. — Подошла и поцеловала.

— Неа.

— Тогда щас подойду и вые*у.

Ну ничего себе заявочка!

— Ругаться хватит! Хамло!

Сама по глазам вижу, что не шутит. Делает шаг вперед.

Я ойкаю и срываюсь бежать.

Я кричу и визжу, пытаясь удрать и спрятаться. Он настигает меня в комнате. Прижимает к стене, подставляет щеку. Я упрямлюсь, но вскоре сдаюсь и целую его. После чего Денис закидывает меня на плечо и несет, как трофей.

— Ну-ка пусти! — кричу я сквозь смех и слезы.

— Слушаться будешь в следующий раз, коза, — отвечает ну совершенно довольным голосом.

Из города мы выезжаем в начале девятого. Денис на позитиве.

По пути Денис рассказывает, что его отчим Семёнов Александр Артёмович работает вахтовым методом, хорошо зарабатывает, но и дома бывает в лучшем случае шесть месяцев в году. Поэтому по возможности пару раз в месяц Дэн мотается в соседний город, чтобы помочь. Сейчас отчим дома, но и дел накопилось не мало.