Не испытывай мое терпение

После этой фразы мне захотелось выключить телефон. — Не надо показывать охране, что вы встревожены. Это не в ваших интересах, — с каждым словом мне становилось все страшнее.

— Я вас не понимаю, — меня тревожил этот разговор, но я опустила голову и прикрыла лицо волосами.

— Твой отец занимался очень интересными разработками… — она замолчала на секунду, а я выпалила:

— Никогда об этом не слышала.

— Это были секретные разработки, и велись они для другого государства. Твой отец был шпионом.

«Не верю!» — хотелось мне закричать.

— Если его работа попадет к иностранцам, тебя и твоего мужа с его братом обвинят в госизмене, ты представляешь, что с ними будет? — тональность голоса не менялась. У меня резко разболелась голова.

Какие разработки? Я бы наверняка знала. Отец запирался и сидел в кабинете, читал, что-то чертил, рисовал… Мама бы наверняка знала, будь это так. Предупредила бы об опасности. Мама столько тетрадей сожгла после смерти отца. В них не было ничего интересного: стихи, цитаты, рисунки, чертежи…

— В твоей квартире должны были остаться записи.

Дурова ведь не может быть настолько идиоткой, чтобы самой мне позвонить? Ведь все звонки записываются, и она это понимает. Хотя голос можно и изменить. Что задумала эта женщина? Возможно, Дурова планирует подставить Чехоевых.

— Ты че такая? — спросила Гуля, присаживаясь за столик.

— Да так, задумалась, — аккуратно оглянулась по сторонам. Кто-то за мной следит. Ведь доложили Дуровой, что я осталась одна. Как только подруга удалилась, тут же последовал звонок.

Парни из охраны вопросительно посматривали на меня.

"С Гулей мы быстро распрощались. У нее вечером смена, а перед ней нужно хоть немного отдохнуть, а меня ждут в ателье, нужно забрать готовые костюмы и завезти их в клуб.

Но мне покоя не давали слова звонившей женщины. О каких разработках идет речь? Я действительно чего-то не знаю? Мысленно я была в своей квартире и искала тайник. Где он может быть?

— В ателье? — спросили меня парни.