Где властвует любовь

Удивительная женщина! Как он не понял этого раньше, когда уже знал, что она умна, очаровательна, остроумна и изобретательна? Но даже эти определения – и многие другие, которых она, безусловно, заслуживает, – не отдают ей должного в полной мере.

Пенелопа Федерингтон – удивительная женщина.

А он… Прости, Господи, он завидует ей.

– Я пойду, – сказала она, направившись к двери.

Колин не сразу отреагировал, ошеломленный этим откровением. Но, увидев ее руку на дверной ручке, понял, что не может ее отпустить.

– Подожди, – хрипло сказал он, в несколько шагов преодолев разделявшее их расстояние. – Подожди, – повторил он. – Я хочу, чтобы ты осталась.

В ее глазах отразилось замешательство.

– Но ты сказал…

Колин нежно обхватил ладонями ее лицо.

– Забудь, что я сказал.

И тут он понял, что Дафна права. Любовь не поразила его как гром с ясного неба. Она подкралась незаметно – с улыбкой, словом, взглядом. С каждой секундой, проведенной в обществе Пенелопы, она все больше завладевала его душой, пока не наступил этот момент.

Он любит ее.

Конечно, он все еще злится на нее из-за заметки, которую она все-таки опубликовала. И ему чертовски стыдно, что он позавидовал тому, что она нашла себе дело в жизни. Но при всем этом он любит ее.

И если он позволит ей уйти сейчас, то никогда не простит себя.

Может, это и есть любовь. Когда нуждаешься в женщине и продолжаешь восхищаться ею, даже когда злишься на нее.

Даже когда хочется привязать ее к кровати, чтобы не позволить ей уйти и натворить еще больших бед.

Он должен сказать ей. И показать.

Сегодня. Сейчас.

– Останься, – шепнул Колин и привлек ее к себе, грубо, жадно, без объяснений и лишних слов.

– Останься, – повторил он, ведя ее к постели…

Она молчала, и он произнес в третий раз:

– Останься.

Она кивнула, и он заключил ее в объятия.

Это была Пенелопа, и это была любовь.

Глава 18

Когда Пенелопа кивнула – точнее, за мгновение до того, как она кивнула, – она понимала, что согласилась на большее, чем поцелуй.

Но ей было все равно. Она была уверена в одном: он делает это не для того, чтобы наказать ее. Некоторые мужчины могли бы воспользоваться желанием как оружием, а искушением как местью, но Колин не относился к их числу.

Этого просто не было в его характере.