Где властвует любовь

– Нет, просто посижу здесь, если ты не возражаешь.

– Конечно, – кивнул Колин, не сводя с Пенелопы обеспокоенного взгляда. Она была очень бледной.

– Чтоб ей пусто было! – выругалась леди Данбери, застав Колина врасплох, но когда она и в самом деле вспомнила дьявола, он всерьез обеспокоился, что земная ось изменила свое, положение.

– Леди Данбери? – ахнул он.

– Она идет сюда, – пробормотала графиня, дернув подбородком вправо. – Похоже, я попалась.

Колин взглянул в указанном направлении. Крессида протискивалась через толпу с явным намерением, предстать перед леди Данбери и потребовать свою награду, игнорируя все попытки окружающих засыпать ее вопросами.

– Боюсь, вам теперь не отвертеться, – сказал Колин графине.

– Знаю, – буркнула она. – Я годами старалась избегать ее, но мне этого никогда не удавалось. Кажется, я переоценила свои умственные способности.

– Вообще-то это было забавно, – возразил Колин не слишком искренне.

Леди Данбери ткнула тростью ему в ногу.

– Не вижу ничего забавного, глупый вы мальчишка. Посмотрите, чем все кончилось. – Она махнула тростью в сторону Крессиды, которая неотвратимо приближалась. – Я и подумать не могла, что мне придется иметь дело с подобной особой.

– Леди Данбери, – сказала Крессида, остановившись перед ними. – Как я рада вас видеть.

Леди Данбери никогда не отличалась любезными манерами, но она превзошла себя, опустив всякое подобие на приветствие.

– Полагаю, – отрывисто произнесла она, – вы явились за деньгами.

Крессида кокетливо склонила голову набок.

– Вы обещали вручить тысячу фунтов тому, кто снимет маску с леди Уистлдаун. – Она пожала плечами, подняв руки с притворным смирением. – Но вы не говорили, что леди Уистлдаун не вправе снять маску сама.

Леди Данбери поднялась на ноги, презрительно сузив глаза.

– Я вам не верю.

Колину нравилось думать, что он никогда не теряет присутствия духа, но даже он не сдержал потрясенного возгласа.

В голубых глазах Крессиды сверкнула ярость, но она быстро овладела собой.

– Я бы удивилась, если бы вы не проявили определенного скептицизма, леди Данбери. В конце концов, вы никогда не отличались доверчивостью и мягким нравом.