Где властвует любовь

 – Он сразу поймет, что вы к нему неравнодушны.

– Вряд ли он в этом сомневается, – промямлила Пенелопа.

Колин остановился перед ними, стройный и красивый, словно божество, решившее осчастливить своим присутствием землю.

– Леди Данбери, – учтиво произнес он, отвесив изысканный поклон. – Мисс Федерингтон.

– Мистер Бриджертон, – отозвалась леди Данбери, – приятно вас видеть.

Колин перевел взгляд на Пенелопу."

"– Мистер Бриджертон, – вымолвила она, не зная, что еще сказать. Что вообще можно сказать мужчине, с которым ты недавно целовалась? У нее нет опыта в этой области.

– Я надеялся… – начал Колин, затем помедлил, бросив взгляд на помост. – На что это вы все смотрите?

– Крессида Тумбли собирается сделать какое-то заявление, – сообщила леди Данбери.

На лице Колина отразилось раздражение.

– Сомневаюсь, что она способна сказать хоть что-нибудь, что я хотел бы услышать, – пробормотал он.

Пенелопа не могла не улыбнуться. Крессида Тумбли считалась заметной фигурой в обществе, по крайней мере, в те годы, когда она была юной и незамужней, но Бриджертоны никогда не жаловали ее, и этот факт неизменно поднимал Пенелопе настроение.

В этот момент раздался звук трубы. Все притихли и повернулись к графу Маклсфилду, который появился на помосте рядом с Крессидой и казался несколько смущенным от всеобщего внимания.

Пенелопа улыбнулась. Поговаривали, будто граф был ужасным волокитой, но теперь заделался ученым, обожавшим свой дом и семью. Впрочем, он все еще оставался достаточно привлекательным, чтобы нравиться женщинам, почти как Колин.

Но только почти. Возможно, ее мнение предвзято, но трудно представить себе мужчину, который обладал бы таким же неотразимым магнетизмом, как Колин, особенно когда он улыбался.

– Добрый вечер, – громко произнес граф.

– И вам добрый вечер! – откликнулся нетрезвый голос из толпы.

Граф добродушно кивнул и улыбнулся.

– Моя уважаемая гостья, – он сделал жест в сторону Крессиды, – хотела бы сделать объявление.

Крессида шагнула вперед и, удостоив толпу поистине королевским кивком, подождала, пока смолк ропот, пронесшийся по залу.

– Леди и джентльмены, – произнесла она в полной тишине, – благодарю вас за то, что прервали празднество, чтобы уделить мне внимание.

– Хватить тянуть! – крикнул кто-то, возможно, тот же подгулявший гость, который приветствовал графа.

Крессида пропустила эту реплику мимо ушей.