Наследница Дивной усадьбы

– И что? Никакое это не проклятие. Просто такая закономерность, я не считаю это проклятием.

– А то, что до совершеннолетия доживает только один, и тот умирает во цвете лет? Это разве нормально, Григорий?

– Откуда ты все это взяла, сердечко мое?

– Изучила ваше семейное древо до десятого колена.

– Говорю тебе, нет никакого проклятия, – недовольно произнес он.

Но я отчетливо увидала, как Григорий занервничал. Поняла, что он или лжет, или чего-то не договаривает. Отчего-то он не хотел, чтобы я расспрашивала его об этом.

– Но мне кажется, ты…

– Кто-то намеренно распространяет слухи о проклятии, чтобы оправдать свое злодейство, – перебил он меня. – Ведь наших сыновей убили из алчности, и проклятие тут ни при чем.

– Ты уверен?"

"– Да. Какой-то подлец погубил моих мальчиков. И этот кто-то прикрывается якобы проклятием нашего рода, чтобы мстить за что-то. Но я знаю, что это никакая не месть и не мифическое проклятие. Все дело в огромных деньгах. Мое наследство велико, Любаша, ты же знаешь. Три десятка усадьб и поместий по всей империи, не считая пяти дворцов в столице и на юге.

Я опешила. Значит, детей Шереметьевых убивали из-за наследства?

– А я разве не являюсь наследницей?

– Нет, Любаша. По законам нашей империи, жены ничего не наследуют, я же говорил тебе. После удара по голове ты многое позабыла. – Он печально улыбнулся мне. – Но я догадываюсь, кто все это подстроил.

– Кто же?

– Мои двоюродные братцы, Кобылины! Я говорил тебе сегодня на балу, чтобы ты не доверяла их фальшивым улыбкам. Наверняка это они подкидывают записки с угрозами про Лесного царя, а потом якобы исполняют это проклятие, нападая на моих детей.

– Но зачем им это?

– Как же. Они первые наследники после моей смерти. Конечно, не считая матушки.

– Правда?

– Да. По законам империи, половина моего состояния наследуются ближайшими родственниками по мужской линии.

– Я поняла, Григорий. Но мне кажется, что Кобылины не способны на такую подлость.

– Ты защищаешь их? И напрасно. Говорю тебе, я абсолютно уверен в их вине. И твоя горничная Палашка наверняка действовала по их указке и служит им.

– Но Григорий, тогда я им зачем? – недоуменно спросила я. – Я ведь не наследница, ты сам сказал.