Нас не простят

Я обняла себя руками, потому что уже начала мёрзнуть. Она что — совсем дура? Мне теперь сидеть в холодном подвале из-за её заскоков? Ну и увидят меня разок в джинсах, не умрут! Я бы прошла мимо в комнату, и всё.

Взяла какую-то банку с закатками и вышла.

Синие глаза остановились на мне. Рита стояла ко мне спиной и не сразу услышала, что я вышла. Дамир прошёлся по мне глазами с ног до головы. Его взгляд не изменился — остался таким же ледяным, тяжелым и строгим. Я постоянно ощущала себя под ним первоклассницей, получившей двойку.

— Вот, — сказала я, чтобы обозначить своё присутствие. — Нашла томаты, которые ты просила.

Я поставила банку на стол.

Рита обернулась и сверкнула в мою сторону глазами.

— Но это же огурцы, — изогнул одну бровь Дамир.

— А, да? — нахмурилась я. — Значит, перепутала. Здравствуйте, Дамир.

— Здравствуй, Камилла, — холодно отозвался он. Ледяного взгляда от меня так и не отрывал, и словно осуждал за что-то. — То, что в этом доме не носят джинсы, ты тоже перепутала? Или Рита тебе не сказала?

— Сказала, — влезла его жена.

Я едва не закатила глаза.

Боже, ну какой же он зануда!

Как только Рита с ним живёт?"

"— Да, извините, — решила я не спорить. — Говорила. Я сейчас переоденусь.

Я прошла мимо них, ощущая, как печёт зад от взгляда его синих глаз. Он точно смотрел на меня, я чувстовала. Чувствовала, как к лицу прилила краска стыда.

Да, джинсы тут точно носить не стоит — мой зад в таком случае привлекает слишком много ненужного внимания.

В гостиной на диване сидел Карим. Он аж рот раскрыл, когда я шла мимо.

— Камилла, ты приехала? — встал он на ноги, и я остановилась напротив дивана. — Привет.

Он улыбнулся мне, как будто старый друг и действительно искренне рад меня видеть. Пожалуй, Карим и является тем единственным, кто мне здесь рад.

— Привет, — заправила я за ухо прядь выбившихся волос.

Губы Карима дрогнули в улыбке.

— А, по-моему, ты выглядишь прекрасно.

— Твой брат и его жена так не считают.

— Они ничего не понимают в моде, — улыбка Карима стала ещё более весёлой и озорной. — Ты спустишься ещё?

— Да, конечно. Я буду ужинать с вами.

— Хорошо.

— Я… пойду.