Нас не простят

— А голая почему? — спросил я. — Ты всегда так спишь? Любишь свободу и всё такое?

— Всю одежду постирала, — ответила она.

— И трусы?

— И трусы… А что?

Меня против воли разобрал смех. Ситуация та ещё.

— Ладно, я пойду к тебе спать. Оставайся уж тут. Извини, что разбудил. — Ладно… А ты никому не говори только, что видел меня… Такой.

— С постиранными трусами?

— …Да.

— Ты крайне вовремя постирала единственные трусы, Камилла.

— Я хотела утром чистые надеть.

— Похвально, — рассмеялся я снова. — Гигиена — это очень важно.

Меня совсем разобрал смех. Камилла тоже подавила улыбку. Хотя, если бы я лёг к ней без трусов — Камилла больше не была бы девственницей. Я бы не удержался и взял её. Соблазн очень высок, моей выдержки просто не хватает уже.

Когда я почти сделал шаг к двери, Камилла зашевелилась на кровати и случайно оголила своё красивое бедро…

— Бл…дь, — процедил я сквозь зубы, понимая, что мои краны срывает…

— Что? — уставилась она на меня.

КамиллаДамир смотрел на меня несколько секунд, а потом сорвался с места и направился прямо ко мне. Неосознанно я попыталась отступить от него, но он поймал меня. Отнял простынь и отбросил её в сторону. Я в ужасе застыла перед ним как есть — абсолютно нагая. Что он такое творит? Попыталась прикрыться руками, но Дамир просто сжал оба мои запястья и развел мои руки в стороны, чтобы я не мешала ему разглядывать себя. Его взгляд стал таким тёмным, жадным и голодным, что я испугалась.

— Дамир, что ты делаешь? — прошептала я, снова попытавшись избавиться от его плена.

— Ты ходячий секс, — выдал он хриплым голосом и потянул меня к себе, заставляя идти вперёд.

Я врезалась в его грудь, соски царапнули его жёсткие волосы на груди, и это невольно вызвало мой рваный вздох и странное мимолётное, но яркое удовольствие.

— Ты просто моё проклятье, Камилла, — говорил он, словно завороженный, отпустив мои руки и положив свои горячие ладони на мои бёдра.

Я чувствовала почти всего его своей кожей. Слышала, как гулко бьётся его сердце, стучит по венам горячая кровь, ревёт мой собственный пульс в ушах.