Вторая жизнь доктора Лейлы

Сдаётся мне, что доктор Джозеф сделал это для того, чтобы восстановить рабочую атмосферу в больнице. После выходок Шушеля я предпочитала держаться от него подальше. Но, возможно, доктор Джозеф и прав. Как работать в одной больнице, сохраняя дистанцию и не поддерживая никаких отношений.

Но первым делом я сходила проверила свою баночку, с будущим пенициллином.

Плесень росла, «перерождалась» и уже почти обрела изумрудную окраску. Пора было сообщить Роберту Тиндалю о том какой процесс в лаборатории мне будет нужен обязательно, вроде бы он говорил, что собирается помочь мне с веществами.

Пока мне будет нужна чашка петри*, или какой-либо сосуд её напоминающий, а дальше ещё неделя, чтобы сделать питательную среду и, используя её, из плесени выделить пенициллин.

(*Ча́шка Пе́три — прозрачный лабораторный сосуд в форме невысокого плоского цилиндра, закрываемого прозрачной крышкой подобной формы, но несколько большегодиаметра.Изобретена в 1877 году.)

Для питательной среды решила использовать агар-агар и сахар.

День прошёл сумбурно, пациенты обрадовались, увидев «нового» доктора, и, конечно, особенно женщины стали массово отказываться от осмотра у Шушеля. Мне пришлось ограничить осмотр определённым количеством пациентов.

Вечером, после работы, я собиралась пойти к Роберту Тиндалю, договорится с ним о времени, когда я смогу прийти со своим материалом.

Но не успела я выйти из больницы, как на дороге передо мной затормозил автомобиль, из него вышел … «профессор» Йен, обошёл автомобиль, открыл мне дверь и сказал:

— Лейла, тебе надо поехать со мной, сегодня тебе по городу лучше не ходить

Потом оглянулся, увидел, что неподалёку стоит Барни, и добавил:

— Даже с парнями Белтон.

Глава 30

У меня не было причин не доверять «профессору Йену», так же, как и не было причин доверять.

Человек, носящий маски, и ловко жонглирующий именами и титулами скорее всего опасен. Но вот опасен ли он лично для меня?

Поэтому прежде, чем сказать Барни, что ждать меня не надо, я спросила:

— А вы сегодня кто? Мистер Йен или марки…"

"— Тише, Лейла, — резко оборвал меня…всё-таки, Йен, и оглянулся, чтобы удостовериться в том, что рядом никого нет чтобы услышать, что я могла сказать.

Вряд ли сэр Александр Уилсон, виконт Эрли стал бы так себя вести.