На крючке

Нас встречает прохладная, темная тишина.

Мы останавливаемся у дивана, и Бэйлор убирает с него вещи, прежде чем опустить меня на подушки. Мои ногти подцепляют его рубашку, и я отчаянно дергаю ткань, пытаясь освободить его тело. Мне нужно его увидеть, коснуться его кожи. Негромко ругаясь, Дрю стягивает рубашку через голову одним движением, от чего его волосы приподымаются и торчат. Мне удается бросить лишь один взгляд на его великолепную грудь, накачанные мышцы, поблескивающие в свете от уличного фонаря. Потому что затем он опускается ко мне, целуя мое горло, посасывая и скользя языком по моей коже.

- Христос, - это рычание в темной комнате.

Его голова опускается, и поток воздуха ударяет в мой напряженный сосок, а затем Дрю обрушивает на него свой горячий, влажный рот. Он втягивает его врот и сосет. Это так распутно; его язык скользит и щелкает по моему соску, будто поедая тающее мороженное. Я чувствую его всем своим нутром, так, словно он облизывает меня везде. Его большая и теплая рука накрывает мою вторую грудь, сжимая и массируя ее с такой силой, что я начинаю неспокойно ерзать под его телом.

И когда Бэйлор тянет мой пульсирующий сосок, я выгибаюсь дугой, мои руки ложатся на его узкую талию, а губы припадают к его горячей коже плеча. На вкус он соленый и пахнет сексом. Костяшками пальцев я провожу по пуговкам на его джинсах, дергая. И через секунду его член у меня в руке. Я наслаждаюсь тем, какой он толстый, шелковистый и горячий, будто пульсирующее живое существо, подергивающееся в моих ладонях; и прежде чем возобновить свои поцелуи на моей шее, Дрю стягивает с меня юбку.

Мои трусики идут следом за юбкой, и холодный воздух ударяет по влажной обнаженной коже. Бэйлор возвышается надо мной, в слабом свете уличного фонаря его лепленное тело выглядит словно произведение искусства. Расстегнутые джинсы свисают с его сильных бедер, а длинный член практически скрыт сумерками. Дрю сует руку в карман и достает бумажник.