На крючке

Но ради него я готова претерпеть боль.

И словно все уже решено, Дрю разворачивается, собираясь уйти, его выражение лица становится мрачным, закрывая все эмоции. Я справляюсь с собой и говорю:

- Нет.

Он останавливается на полпути и оборачивается.

- Прости, что?

- Ты прекрасно меня слышал. Я живу здесь.

- Нет, это я здесь живу. А ты просто тусуешься.

Его тон давит на меня, как мертвый груз.

Мило, Дрю. Мило. Я не хочу его ранить. Знаю, что именно он делает и зачем. Так что это не должно задевать меня. Но, конечно же, это причиняет боль.

- Ты просил меня переехать к тебе, - говорю я. - Это означает, что я здесь живу.

Его темные брови приподнимаются чуть ли не к линии роста волос.

- Ты вообще слышала, что я сказал? Я не хочу, чтобы ты была здесь.

- Ну, это просто хреновое дерьмо, верно? - я скрещиваю руки на груди, когда говорю это. Не знаю, влияет ли на него это движение или то, что я не пытаюсь скрыть свою дрожь, но Дрю реагирует.

Он делает шаг в моем направлении, а его цвет лица снова становится бордовым.

- Что, твою мать, с тобой не так? Я. Не. Хочу. Видеть. Тебя. Здесь.

Я изо всех сил стараюсь не заплакать, приподнимая подбородок и встречаясь с ним взглядом.

- Меня. Не. Волнует. Это.

Какое-то время он просто смотрит на меня, румянец покрывает его щеки. А затем он хватается за волосы у себя на затылке так сильно, словно собирается их вырвать. Его бицепсы выпячиваются, а зубы стискиваются, создавая гримасу на лице парня.

- Почему ты вообще тут стоишь? Уходи, - он машет рукой, словно я муха, и ему нужно меня согнать.

- Почему ты на хрен не уходишь! - сейчас Дрю так громко кричит, что у меня звенит в ушах. Вены бугрятся на его шее. Его лицо такое красное от злости, что искажается. Мне следовало бы его испугаться. Он нависает надо мной, шесть футов и двести тридцать фунтов свирепого мужчины. Один его удар может разбить мое лицо. Но я не напугана, потому что все в его трепещущем теле говорит мне о сдержанности. Он разойдется по швам, но сдержится и не ударит меня.

Однако это не уменьшает моей собственной ярости. Она словно зажженный костер в сухом лесу.

- Раз ты так сильно хочешь порвать со мной, так уходи, черт возьми.

- Это мой долбаный дом! - рычит он. И его рука ударяет кулаком в воздух, чтобы подчеркнуть данное заявление. - Ты - гребаная заноза в зад... - даже сейчас он не может назвать меня по имени. Сдавленный крик вырывается с его горла. - Просто оставь меня нахуй в покое.

- Нет! - я заглядываю ему в лицо.