На крючке

- Прости меня, - я не могу унять дрожь.

Его руки, словно стальная стена, поддерживают мою спину, а его грудь - твердь напротив моей груди. Я сильнее прижимаюсь к нему.

- Я так боялась, - шепчу я напротив его влажной кожи. - Я видела тебя... когда ты получил травму. Мне нужно было прийти к тебе и ... - я не могу закончить предложение.

Его тело подо мной немного расслабляется, а его большие ладони ложатся на мой затылок, поглаживая его.

- Шшш. Все в порядке.

Но это не так. Как я могу объяснить ему это? Если бы он не оправился от того удара, что-то жизненно важное внутри меня быумерло.

- Все в порядке, Анна. Ты со мной, - его вкрадчивый, глубокий голос прокатывается по моей коже, словно ласка. - Я не отпущу тебя.

Он не отпустит меня. И никогда не хотел этого делать. Вздыхая, я прижимаю свой лоб к его.

- Этого не должно было случиться.

- Чего именно, детка?

Я провожу трясущимися пальцами по линии его подбородка.

- Я не должна была оказаться с тобой сейчас. До того, как разобралась бы сама со своим дерьмом.

- Но ты здесь, - шепчет он. - И я не жалею об этом.

Как и я.

Я смотрю на него. По-настоящему смотрю, мои глаза широко открыты, позволяя ему увидеть всю меня. Каждое скрытое слабое место. В ответ, я вижу целый мир в его глазах. Дрожь пробирает меня, и я опускаю руки на его щеки.

- Я люблю тебя, Дрю Бэйлор. Никто и никогда не значил для меня столько, сколько значишь ты. Я обожаю тебя, нуждаюсь в тебе, жажду тебя...

Его губы встречаются с моими в глубоком требовательном поцелуе.

Я растворяюсь в нем, сжимая шею и плечи Дрю, словно спасательный круг. И больше нет места разговорам, есть только поцелуи, иступленные и долгие. Есть места, что так требуют прикосновений. Эмоции и потребности, которые наводняют нас подобно приливу. Простыня на его коленях отлетает в сторону, и его горячий член прижимается к моей киске, скользя по ее влажности.

- Впусти меня в себя, - выдыхает он в мой рот, пока его губы ласкают мои. - Мне нужно оказаться внутри тебя.

Я раскачиваюсь на нем, вызывая ответный стон. И когда приподнимаюсь, и его толстый округлый кончик члена прижимается к моему центру, наши взгляды встречаются. Мы оба дрожим, пока я опускаюсь на него. Ощущения чертовски приятные, словно я заполучила все то, по чему так скучала, и в то же время что-то такое, чего никогда еще не ощущала. Это лучше. Более правдиво.

Мышцы на его груди напрягаются, когда Дрю толкается глубже, а на его щеках выступает румянец.