На крючке

Я знала это, но до сегодняшнего дня никогда полностью не позволяла себе ощутить пустоту от его потери в моей жизни. Чувство настолько сильное и острое, что меня почти пошатывает.

От наворачивающихся слез болят глаза, пока я возвращаюсь на крошечную кухню, чтобы захватить еще одну тарелку с куриными пальчиками. Слепо глядя на банку с соусом барбекю, я ощущаю, как онемело мое тело, как ком образуется у меня в горле, угрожая удушьем.

Я стала тем, кем никогда не хотела становиться, - никем, тенью, прячущейся по углам, боясь, что ее осудят.

Что за хрень. Если на то пошло, я волнуюсь слишком сильно. Я волнуюсь о мнениях неправильных людей, безликих чертовых людишек, которым никогда до меня не было дела, а я все время прятала голову в песок, переживая о том, что они подумают.

- Боже, - мой кулак ударяется о столешницу с неестественной силой. Опираясь о стол, я раскачиваюсь взад-вперед, пытаясь сморгнуть слезы. Я не могу в это поверить. Я была так глупа. Так слепа. - Боже.

В соседней комнате толпа радостно кричит. Так что я резко вдыхаю и вытираю глаза внешней стороной ладони. Странное чувство легкости подхватывает меня. И мои плечи распрямляются. Но глубоко внутри я все еще ощущаю боль. Дыра все еще там.

Дрю. Только он может заполнить эту пустоту.

Когда игра закончится, я пойду к нему.

Когда возвращаюсь к обслуживанию гостей в ложе, то ощущаю себя уставшей, но более спокойной, словно я плакала всю ночь, но наконец, сумела перевести дыхание и успокоиться. Игра продолжается, и зрители занимают свои места на трибунах."

"Я собираюсь поставить тарелку на стол, когда это происходит.

Дрю падает. Его нога подворачивается под странным углом. И он кричит.