Мы - сводные

— Ой… — скручивает меня от её провокаций.

— Привык к безотказной липучке.

— Ну всё! Хватит, Рит.

Отхожу к парням.

— Кислицын, ты бабки в банк внёс? — спрашивает у него Макс.

— Какие бабки? А! Черт. Нет еще.

— Переводи. Понтанулся большой суммой, теперь все ждут.

Кислый тихо матерится.

— Внесу…

— Пятнадцать на Устинову? — усмехаюсь я невесело. — Ты там грибов переел, когда ставил? Нулём ошибся? Откуда у тебя столько?

— Да… — недовольно. — Есть у меня.

— Так уверен, что она ему не даст?

— Уверен, — исподлобья смотрит на меня.

— Да ну! — фыркает Макс. — В эту же субботу он ее и поимеет! Сними ставку, Кислый.

— Поздно.

— Скажи нулем ошибся. Полторы это не пятнадцать хотя бы.

— Нет, я уверен, что Ася его отошьет!

— ""Ася""… — вглядываюсь в его глаза, с удивлением поднимая бровь. — Ты общаешься с Устиновой? С чего вдруг?

— Нормальная девчонка…

— У него после Ритки толерантность к люмпену, — угорает Макс.

— Слышишь, — толкаю кулаком в плечо Макса, — аристократ в седьмом поколении. У тебя так-то прадед вор в законе был.

— Это да… Но бабло ее подкрашивает, — подмигивает нам.

— Короче, господа аристократы, пойду я. Дела… — Кислицын уходит к Рите, валяющейся на матах с влажным полотенцем на лице.

Разговаривают о чем-то…

Несчастный опять такой, капец просто!

Вздыхаю…

Надо попробовать еще поговорить с Устиновой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ася

Последняя репетиция перед балом. Решетов наконец-то проходит со мной несколько кругов не сбившись, не споткнувшись и не растоптав меня.

— Умнички! — хвалит нас Татьяна Борисовна.

— Можно мы пойдём? — нервничает Сэм, искоса поглядывая на меня.

Почему — ""мы""? Он всегда только за себя говорит…

— Нет. Отдохните пять минут. Сейчас присоединяться несколько пар, я выберу лучшую тройку для открытия бала.

— Фак… — закатывает он глаза. — А можно мы не будем участвовать в отборе?

— Если партнёрша Дагера сегодня не вернётся, то поставлю Асю с ним в пару, так и быть.

Цокает языком и, недовольно вздыхая, отрицательно качает головой.

— Спасибо, не надо. Просьба снимается.

Мстительно смотрю на него. Ну не гад? Даже особенно не скрывает своих интересов. Не знай я, что он сделал эту огромную ставку… Сейчас бы голову сломала, от его противоречивых выпадов!

Присаживаюсь на скамейку, отходя от него подальше. Исподлобья нахмуренно провожает меня взглядом.