Мы - сводные

— Юристы моего отца ее раскатывают, даже если я отрублю ей ногу! Она — нищеброд! Её пребывание здесь — милостыня!

Спасибо тебе Семён за то, что объяснил Таюрской про то, что я здесь из милости твоего отца!

— Ей тупо не хватит бабла тягаться со мной!

— Юристы ""Швейцарии"" будут защищать пострадавшую сторону. На случай необходимости юридической поддержки у нас предусмотрена страховка на крупную сумму. И камеры… камеры… камеры! К тому же ты знаешь, как твой отец относится к скандалам. Поумерь свою прыть.

Тина обессиленно сжимает кулаки.

— Таюрская — к медику. Пусть посмотрят глаз. Агния…

— Да мне не надо. Переживу.

— Обязательно надо. Может быть заражение. Останься, я отработаю ссадины. Еще что-то болит?

— Колено немного. Если есть спортивная мазь, была бы благодарна.

— У меня есть… — бросает Рита.

Заклеив ссадины антибактериальным пластырем, Алла отпускает нас.

— Всё, отбой.

Дрожа от отходников после таких эмоций, обняв себя за плечи, иду в комнату рядом с Ритой.

Все оглядываются на нас.

Нас догоняет Кислицын.

— Рит?.. — притормаживает он, оглядывая нас. — Чего было-то?

— Иди спать, а… — раздраженно передергивает ее.

И мне так жаль снова, что ему постоянно от нее прилетает.

""Но он же золотко из чата!"" — убеждаю я себя. По-другому быть не может.

Под его хмурым взглядом заходим в комнату. Молча начинаем прибираться…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 8

Семён

— Такие дела… — заканчивает свой рассказ Кислицын про скандал с Таюрской.

Свирепея закрываю глаза.

— Устинова там хоть живая?

— Живая… К медику как раз Таюрскую отправили.

Вижу, как собственной персоной, Устинова проходит мимо меня в класс. Пытаюсь разглядеть. Вроде целая.

— Дерутся за тебя девочки, — усмехается Макс.

— Ну, Устинова-то явно не за меня. Просто под раздачу попала.

Провожаю её взглядом.

У холодильника с минералкой Ритка. Стряхивает с брюк вспенившуюся и намочившую ткань боржоми.

— Привет! — протягиваю ей пятерню.

Шлепает в ответ ""пять"".

— Что было вчера у вас в комнате?

— Таюрская накинулась на Устинову. И выхватила вответ по своей прекрасной морде лица! — дергает вызывающе бровями Рита.

— А за что набросилась?

— Спроси… — пожимает плечами. — Она же твоя тёлка.

— Ясно, — закатываю глаза.

Заходим вместе в класс. Все шумят, смеются, болтают.