Мы - сводные

Хныкает, тяжко вздыхая.

— Ты как танк!

Я танк, да, если чего-то по-настоящему хочу.

— Минут через двадцать выходи на балкон, попьём кофе. Ну… как сводные, — прищуриваюсь я.

Вся прислуга ещё спит. И я сам варю кофе, обшаривая шкафы, на предмет чего-нибудь сладкого.

Коробка чокопаев…

Выкладываю их пирамидкой на стеклянное блюдо и засовываю в микроволновку. Зефир раздувается и по нему течет жидкий шоколад. Обожал это в детстве! Поливаю сверху ореховыми топингами.

Ставлю блюдо на поднос вместе с кофе и несу наверх.

Через пару минут выплывает Ася в большом ей халате.

Настороженно садится рядом со мной в ротанговое кресло, с подозрением разглядывая мой импровизированный горячий чоко-торт.

Пришла…

Отламываю ложкой кусочек. Горячий зефир тянется.

— Открывай рот, Устинова, — подношу к ней ложку.

— Что это за гадость?

Я слегка перегрел и первоначальная форма чокопаев не улавливается.

— Быстро! Это вкусно, отвечаю.

Морщась облизывает ложку. Двигаю к ней кофе.

— Мм! — жуёт.

— Давай, пока не остыло.

Щурясь от удовольствия, мы едим торт и пьём кофе. Ну, улыбайся, давай, Устинова! А то мне уже страшно.

Протягивая руку, срывает с кроны яблони яблочко.

— Можно? — запоздало взмахивает им, вдруг засомневавшись.

— Ася… — цокаю я.

Что за вопрос вообще?

На столе вибрирует ее телефон. Опускаю взгляд. На экран всплывает смс. Рафаэль.

— Вы переписываетесь? — беру его в руки. — Агния!…

— Отдай.

Стою, читаю его смску.

— Сэм! — отбирает. — Не смей так делать!

Губы испачканы в шоколаде.

— Я знаю про твою ставку… — шепчу я.

Снова прижимаюсь губами. И между поцелуями шепчу:

— Забей на это! Пусть все нахрен идут.

Не отвечая на поцелуй, отрицательно мычит.

— Окей… мы никому не скажем, что мы вместе, Ася.

— Нет! — отлетает от меня. — Мы не вместе, Семён.

— Почему? — непонимающе смотрю на неё. — Спор тебе принципиален? Деньги нужны?

— Не поэтому, Сэм, — опускает взгляд.

— Я не играю!

— А я встречаться ни с кем не буду, — перебивает она. — Как Рита. Точка!

— Мм. Ясно.

Отпускаю её, плавая в неожиданно болезненной пустоте.

— Спасибо за завтрак… — опускает она взгляд. — Было очень вкусно.

— Иди к черту со своей вежливостью, а! — срывает меня.

Обиженно вспыхивает.

— Ну, собственно, вот! — разводит она демонстративно руками.