Моя в наказание (СИ)

Мою шею очень бережно сжимает уже он. Тянется к губам. Я знаю, чего ждет. Приоткрываю свои, хотя могла бы сказать, что нельзя. Накрашены.

Он целует недолго, а потом ищет взгляд.

— Можем дома остаться.

Возможно, он ловит мои эмоции, но оценивает их неправильно. Дает мне последний шанс, от которого я отказываюсь, мотая головой. Останемся — лучше мне не станет. А там хотя бы люди. На людях я играю до последнего.

Айдар раскрывает ладонь. Я вкладываю в нее свою. Чувствую сжатие. Он разворачивается. Я ступаю следом.

Закрываю ненадолго глаза, доверяя ему свой путь и, в каком-то смысле, свою жизнь. Хотя, в то же время, я опять совсем ему не доверяю."

"* * *Меня подмывает заговорить с Айдаром еще по дороге в ресторан. Но за рулем сегодня не он, а водитель. При постороннем человеке — не могу.

На нейтральные темы тоже не получается, поэтому преимущественно мы молчим.

Машина останавливается возле декорированного огнями заведения. Оно манит тусклым светом и уютом. Отталкивает видом собравшихся внутри незнакомых мне людей.

Я никого из них не знаю. И знать не хочу. Но кто заставлял соглашаться, правда же?

Прячу волнение. С готовностью переплетаю наши с бывшим мужем пальцы. Пытаюсь примерить на себя роль его жены. Представить, что я согласна с таким состоянием вещей и не боюсь, что вся его сила и мощь когда-то еще раз обернется против меня.

Высок ли шанс прожить вот так всю жизнь? В заботе? Под его крылом? Конечно. Набраться наглости. Время от времени давить напоминанием, как жестоко он со мной поступил.

Во мне, как и в любом человеке, есть темная сторона. И ей этот план очень даже нравится. Хочет мстить? Пусть мстит. Я сделаю вид, что ничего не знаю.

Но светлая… Ей никого не жалко. Честно. Только непонятно: а я точно его выбираю? Или опять смиряюсь, как когда-то с волей отца?

Неважно, по какой причине. Но свой выбор я в реальности сделать могу?

Мои вопросы остаются при мне и без ответов, а мы попадаем внутрь за несколько минут до начала официальной части.

Айдара здесь, конечно же, знают. Он представляет меня. Я не запоминаю ни имен, ни отличительных черт.

В шпионки я больше не гожусь. Стала рассеянной.

Для всех отныне я «моя жена, Айлин».

Через поры внутрь себя пускаю удивление, заинтересованность и ненавязчивые оценки чужих глаз. Жены не возникают из ниоткуда.