Моя в наказание (СИ)

Миллион раз подобрала слова. Жду, когда готов будет он.

— Ай, анне! — в реальность возвращает восклицание Сафи. Она тянется к волосам и трет. Я в зеркале вижу, как кривится.

— Прости, кызым. Дернула, да? — наклоняюсь и целую в щечку. Она быстро меня прощает. Заканчиваю свою работу. Как только Сафие чувствует свободу — соскакивает с пуфика и бежит ближе к зеркалу.

Рассматривает себя с протяжным «о-о-о-о». А я улыбаюсь, как девочка. Люблю ее радовать.

Смыслом моей жизни всегда была радость в глазах близких.

— Давай я тебя сфоткаю? — спрашиваю у своей пятилетки разрешения.

Боюсь, пройдет всего несколько лет, и я еще наслушаюсь о ее правах: на личную жизнь и приватность. Есть в ней что-то отцовское, юридическое. Наглое. Но к тому времени у нас, иншаллах[9], будет свой личный временами прокурор, временами адвокат. Разберемся.

А пока память моего не самого модного телефона под завязку забита фото дочери.

Сначала она стесняется, потом уже позирует. Смешнючая такая! Улыбаюсь до боли в скулах и щелкаю.

Слышу:

— Анне, я тоже хочу тебя! Ты такая красивая! Дай телефон! — Сафи протягивает ко мне ручки, явно не собираясь слушать возражения.

Не уверена, что я такая уж красивая, но с ребенком не спорю.

— Только два снимка, хорошо? Мы опаздываем.

— Хорошо…"

"Она даже считать не будет — нащелкает, сколько захочет. Отхожу и позирую.

Дурачусь. Начинаю кривляться, Сафие топает ножкой и пищит:

— Не так, анне!

— А как?

— Кр-р-р-расиво! Как модельки!!!

Улыбаюсь, краснею, стараюсь кр-р-р-расиво.

Выставляю ногу, соблазнительно тяну юбку по бедру. Сафи смеется. Берусь за дверной косяк и откидываюсь.

Отворачиваюсь от телефона, смахиваю волосы и смотрю в камеру через плечо. Отправляю объективу воздушный поцелуй. Может потом что-то обрежу и поставлю на фото контакта. Если Сафие фотографирует не ноги, конечно.

Задерживаемся в квартире на лишние десять минут, а потом вылетаем двумя бешеными пробками.

Устраиваю Сафие и костюмы сзади. Нервничаю знатно, потому что мне уже пишут и другие мамочки, и руководительница нашего коллектива.

Сажусь на место водителя, шепчу:

— Бисмиллях, — заводя свою крошку.

Раньше нас с Сафие наверняка завез бы Леша, но, как ни странно, он больше не настаивал. Ни на встрече, ни на разговорах. И я ему за это благодарна.

Случайно мы тоже не встречались. Узнавал ли он об Айдаре больше — не знаю. Важно, чтобы нашел себе достойную девушку. Я от всей души желаю ему этого.