Мой выбор (СИ)

Род Флори обижать было нельзя, а потому гомеопатию называли лженаукой кулуарно. Истоки этого течения понятны – всем хотелось, чтобы традиционная магия приблизилась к магической, а гомеопатия обещала примерно тот же уровень эффективности с символическими затратами.

Чего никто не знал, так это результатов клинических испытаний, которые показали беспрецедентную некомпетентность данного направления. И тем не менее, род Флори обижать было нельзя, деньги опять-таки это модное веяние приносило неплохие, а где деньги – там налоги в казну… в общем, на гомеопатию во дворце смотрели сквозь пальцы.

"И зная все это, можно было предположить, что передо мной сидит либо гениальный продавец воздуха, либо очень скверный лекарь. Я надеялась на первое, хотя не могла не брать в расчет второе.

– При случае, расскажете, как вам пришла в голову эта блестящая идея, – наконец, нашлась что сказать я. – Лестер, а есть ли что-то новенькое в пекарском ремесле?

Пекарь добродушно хохотнул:

– Новенькое подают каждый день к вашему столу, Ваше Высочество!

Я искренне улыбнулась шутке:

– А что на счёт факта лично о вас?

– Хм! История, значит, такая… однажды ко мне в пекарню зашел уважаемый лорд…

– Юноша, вас просили рассказать один факт, а не развлекательную повесть, – раздраженно перебил его Октавий, находящийся в крайне скверном расположении духа после своего выступления.

– Так не было же сказано, что нужно уложиться в одно предложение, – парировал пекарь.

– Ваше Высочество? – посмотрел на меня педагог словесности и письма.

– Все верно, – кивнула я, – длина речи не оговаривалась.

Кажется, в этот раз кто-то и вправду скрипнул зубами! это ж сколько времени каждый из них мог разглагольствовать, если бы начал рассказывать о своем факте от сотворения Великих порталов?

– Но, к сожалению, сегодня у меня нет возможности выслушать длинную историю целиком, – печально произнесла я.

Правда печально! Сил работать не осталось от слова совсем, а меня ведь ждала необъятная груда макулатуры. Тьфу, то есть государственной корреспонденции.

– Тогда, может быть, Ваше Величество позволит мне воспользоваться дворцовой кухней? Мне особо нечего рассказывать, жизнь пекаря не так удивительна и увлекательна, как у присутствующих здесь. Но я лучше бы показал вам один факт о себе – факт моего кулинарного мастерства.

Я рассмеялась:

– А вы наглец, Лестер.

– Виновен, Ваше Высочество, – театрально повесил голову пекарь.

– Но мне нравится. Позволяю воспользоваться кухней.