Мой друг тролль

 – Карлссончик! Гуляем! – От избытка чувств она привстала из-за стола и чмокнула Карлссона в щеку.

– Гуляем, это как? – флегматично спросил Карлссон.

– Ну-у…

Честно говоря, Катя и сама не знала, что подразумевала под этим словом.

– В кафе пойдем! Поедим вкусно!

– Поесть – это можно, – согласился Карлссон. – Пошли.

– Погоди! Ты что, так и пойдешь? – удивилась Катя. – В этом?

– А что? – Карлссон оглядел свой порядком поношенный спортивный костюм. – Мне в нем удобно.

– Ну ты как хочешь, а мне надо переодеться.

Катя встала из-за стола, поставила чашку в мойку и отправилась в комнату. На обратном пути из издательства она заглянула в «Кислород» и теперь собиралась «проветрить» блескучий синий топ с черным иероглифом на спине. Что означал иероглиф, Катя понятия не имела. Главное, что в этом топе она очень эффектно смотрелась.

А вот с лицом все было несколько сложнее. После показа мод прошло уже два дня, а кожа все не приходила в норму. В первый день Катя не очень переживала насчет нездоровой бледности и синяков под глазами – решила, что надо просто выспаться – и все пройдет само.

– …Ну как, нравится? – спросила Катя, выходя из ванной.

По ее мнению, она выглядела совсем неплохо – если особенно не приглядываться.

– Годится, – равнодушно уронил Карлссон. – Пойдем?

И они отправились в загул.

Выбор кафе Катя предоставила Карлссону.

Взрослый солидный мужчина должен в этом разбираться лучше вчерашней школьницы из провинции."

"И Карлссон выбрал. Равнодушно миновав с полдюжины заведений, он решительно направился к двери под загадочной вывеской «Шаманама».

«У нас весело! – сообщали корявые буквы на плакатике. – По выходным – кик-бокс! По понедельникам, вторникам и четвергам – чисто мужские забавы! По средам и пятницам бьют в бубен!»

Сегодня был вторник.

У входа теснились иномарки.

Катя попыталась удержать Карлссона, но разве его удержишь!

Вышибала на входе тоже попытался.

– У вас заказан столик? – осведомился он, с сомнением оглядывая невзрачный прикид посетителя.

– Столик? – Нос Карлссона был на уровне узла вышибалова галстука. Но смотрел он не на галстук, а внутрь заведения, где в дыму и шуме вкусно кушали любители «чисто мужских забав».