Мертвый остров

А когда обратно попадешь на Сахалин, то уж не обессудь… Прикончат. Если же служить честно, то дают хорошее жалованье.

– Опять чепуха! Плевали «иваны» и на жандармов!

– Кто-то, конечно, сорвется. Но есть готовые послужить, в свободное от грабежей время. Много японцы не требуют: уголовные идут в основном в курьеры. Второсортные, так сказать, шпионы – все больше на подхвате. За хороший бакшиш почему не согласиться?

– А кто настоящие тогда? Кто первый сорт?

– Этого я в точности не ведаю. Враги царя-батюшки, надо полагать…

– Какие враги?

– Ну политические.

Особенно поляки. Из кавказцев есть. Но поляков больше всех.

– Как мне о них выяснить?

– Говорю же, не ведаю! – вздохнул Голунов. – Не моя епархия. Я по уголовным проходил, от нас эти дела скрывают.

– Ага… Откуда ты все знаешь? Ты один из них?

– Да. Я корсаковский староста. Ты был прав: сахалинская «цепочка» существует, конец ее здесь, и заведую им я.

– И почему ты мне это сейчас рассказал?

– Да не собирался я ничего раскрывать. Жил не тужил, пятнадцать тысяч в год загребал.

Тут ты свалился! Сразу начал про моих косоглазых приятелей вынюхивать. Куда мне деваться? Одна надежда была: что ты ничего не узнаешь и по осени вернешься домой. Но ты обнаружил. На свою голову, а теперь и на мою. Однако я и тогда молчал. Не знаю. Может, и позволил бы им убить Лешку Лыкова? Не знаю… Но ты направился в Мауку, прямо в их засаду. А я… Я рылся без тебя в твоих бумагах. И нашел прошение на Высочайшее имя. Насчет помилования. Думал-думал, все никак не мог решить, на чьей стороне. А когда понял про ловушку, сел на коня и поехал тебя вытаскивать.

– И снова смолчал…

– Да. Страшно было сознаваться. Опять же, думал, «садовники» напугаются, что я вроде как переметнулся, и отстанут. От тебя. Ну а я уж как-нибудь… Вытащу им Царя с кандальной, и все они на хрен уплывут. Ты ничего не поймешь, а я опять шепну коньками. Но они твердо решили Лыкова убить. Пришлось определиться.

– Значит, ты сейчас тоже у них на мушке, как и я.

– Само собой.

– Ну хоть мы теперь вместе, как на войне было.

– Слышь, Алексей Николаич. Может, ты их отпустишь? Черт бы с ними! Шкуру из-за такого дерьма подставлять…

– Кого отпущу? Царя с эсаулами? Чтобы они и дальше кровь ведрами лили? Дулю им!

И надворный советник сложил кукиш.

– Понятно. Значит, мы с тобой влипли…

– А может, это «садовники» твои влипли? Вон уж сколько мы их настреляли!

Но Калина Аггеевич не вдохновился.

– Они, вишь ли, всегда все выполняют, что обещали. Им за это и платят.