Мертвый остров

– Почему у себя в округе? Тех беглецов уж и след простыл. Давно в Японии.

– Я, ваше высокоблагородие, достоверно знаю, что шайка тымовских здесь. А прячется она в Мауке, на капустных промыслах.

Надворный советник подошел к карте, отыскал Мауку.

– Это ж западное побережье! Как они туда попали, если бежали с восточного? Ты мне не врешь, случаем?

– Беглых, ваше высокоблагородие, японские рыбаки высадили вот тута, в устье речки Аянки. Те по дороге дошли до Сиянцев… виноват, до селения Галкино-Врасское. А дальше через Малое Такоэ пробрались в верховья Лютоги.

Там уж рукой подать.

– Выходит, каторжники сто пятьдесят верст топали по главной дороге, а сюда никто о том не сообщил?

Фунтиков захлопал бараньими глазами.

– Так… кому сообщать-то? Они велели помалкивать. Знамо дело… Там одни «иваны», они голову отрежут.

– А ты чего же не боишься?"

"– Боюсь, ваше высокоблагородие. Как не страшиться? Однако делаю умственный вывод, что вам интересно знать про каторжных.

– И?

– И я, значит, могу быть вам полезный. Про секретное выведывать.

А нужного человечка берегут-с.

Лыков задумался. Бывший околоточный просился в осведомители. Иметь с ним дела не хотелось. Но кто видел порядочных осведомителей? В Нижнем Новгороде был один, Федор Ерусалимский, так его убили… Других Алексей не встречал.

– Ладно. Я съезжу в Мауку и проверю. Если твои сведения подтвердятся, что ты хочешь за это?

– Мне бы на поселение выйти…

– Решим. Скажи, а где мне их там искать? И вообще, чего варнаки в этой Мауке делают? Почему японцы их сразу на острова не вывезли?

– Не могу знать, ваше высокоблагородие, почему не вывезли.

Надо быть, боялись, что перехватят. А на капустном промысле прятаться удобно. Семь сотен рабочих, и кого только нет! Сами-то промыслы купца Семенова, но он там не бывает, а держит заместо себя управляющего. Фамилия его Демби. Английский подданный! Имеет дом в Нагасаки и часто туда наведывается. И флотилия на промыслах у него своя: возит сушеную водоросль в Китай. И бухта есть в Мауке. Очень удобно беглым уплыть!

Лыков загорелся.

Все выглядело логично. Про шотландца Демби он уже слышал как про хорошего управляющего. Но дом в Нагасаки! Опять этот город, где все началось. Концы сходятся. Надо ехать!

Сыщик отпустил Фунтикова и вызвал Голунова.

– Калина Аггеевич, я уезжаю в Мауку. Вернусь дня через три. Останешься здесь за Шелькингом присматривать. А то Фельдман его боится. Вдруг выйдет из запоя и опять всю каторгу на «кобыле» разложит…

– В Мауку? – удивился комендант.