Медовый месяц с тираном

А то я уже начала подумывать, что за этой внешней роскошью все совсем плачевно, и в любой момент на голову может рухнуть кусок расписной штукатурки.

Но пока коридор, по которому мы шли выглядел вполне мирно. Мирные цветочные узоры на стенах, мирные двери без опознавательных знаков, мирные стражницы истуканами по сторонам… Интересно, они нас охраняют от кого-то из вне? Или, наоборот, стерегут, чтобы иномирянки не разбежались, кто куда?"

"– А с господином Финиром вам все же нет смысла беседовать. Даже если вы здесь и оказались по ошибке, никто из-за одного человека не станет омут в обратную сторону запускать.

Сама она тут же умчалась. Так что дверь мне открывали караулящие тут стражницы. И я едва я переступила порог, как тут же меня и заперли.

Зато спальня оказалась вполне милой. Хоть небольшой, но уютной, в бежевых тонах. Правда, помимо кровати здесь имелось только напольное зеркало в золоченой раме, но, видимо, ничего больше девушкам и не полагалось. Зато за небольшой дверкой нашлась туалетная комната. Что ж, жить можно. Только недолго.

– Вот насчет недолго – это ты в точку.

Я мигом огляделась. Да только никого здесь не было! Что вообще за…

– Не пугайся.

Прямо перед глазами отчетливо полыхнул тот самый синий огонек.

И весьма материальной кляксой растекся по зеркалу.

– Ты вообще что? – я едва сдержала порыв, чтобы не потыкать пальцем непонятную субстанцию.

– Я вообще-то единственный тут твой союзник! – теперь голос уже не звучал у меня в мыслях, воспринимался из вне. Хотя у неведомого собеседника даже рта не имелось. – Между прочим, времени у нас с тобой совсем мало. Не раздобудешь магию, тебе конец! И ладно бы только тебе, но и мне тоже! Я и так последние крохи своей силы трачу на то, чтобы притормаживать твое восприятие.

– Зачем? – что-то чем дальше, тем больше я сомневалась в своем здравомыслии.

– Затем, что некогда нам тратить время на панику и шок, – вновь обернувшись огоньком, он заскочил на подоконник так резво, что чуть не вывалился в окно. – Нормальные здравомыслящие люди, попав в другой мир, не ведут себя столь спокойно.