Марш обреченных

 – Мой брат близнец Денис, он, кстати, сейчас исполняет мою роль дома, работает в МУРе, так вот, Денис взял этот ствол и отдал посмотреть, не числится ли за ним каких-нибудь криминальных подвигов.

– И что? – с замиранием сердца вопрошаю я.

– Это не револьвер. – Это целый детективный роман! Когда и где он был изготовлен нас сейчас не интересует. Личное оружие какого-то майора Потапчука. Утерян в 1943. Майор пропал без вести. Всплывает этот ствол через пятнадцать лет, как оружие бандита Василия Покроева, по прозвищу Вася Покер.

– А «Наган»?

– А «Наган» исчезает. У убитого Василия Покроева обнаружен похищенный со склада автомат Калашникова АК-47 и пистолет «ТТ».

– Понятно, – хмуро говорю я. Загадочное исчезновение револьвера, из которого впоследствии был убит наш генерал, меня абсолютно не радует.

– Кто вел это дело?

– Не знаю, – пожимает плечами Стрельцов. – Делом занималось КГБ.

– Почему? – не скрывая удивления, спрашиваю я.

– Насколько я понял, золото шло транзитом через Китай в Гонконг.

– Тогда понятно.

– Понятно-то оно понятно, но от этого не легче. Без официального запроса в архив КГБ не сунешься. А с запросом у нас – швах! Официально, дела никакого нет, – грустно и немного зло заключает Стрельцов.

– Ладно, – киваю я. Здесь мы что-нибудь постараемся придумать. Как с вами связаться?

– Вот телефон моего брата. – Он протягивает мне бумажку с телефоном. – Его зовут Денис. Если что-то оперативно нужно, он знает, как меня найти.

– Хорошо. Спасибо. У меня к вам одна просьба. Не уезжайте далеко от города… Мы постараемся создать дело. Так что, будьте наготове. Чтобы Одинцову не пришлось вас искать.

Я останавливаю автомобиль у станции.

– Всего вам доброго. И спасибо большое.

– О чем речь?! – Улыбается наш новый союзник. – Это моя работа. Да вот еще, – внезапно вспоминает он, – едва не забыл. В день смерти генерал Рыбаков должен был встречаться с неким офицером контрразведки Сухоруком. Вы не могли бы помочь мне установить, что это за человек и встречался ли он с убитым в назначенное время?

Я убираю руки с руля и сцепляю их в замок на затылке.

– Могу, Андрей Владимирович.