Марш обреченных

Посмотрим, господа офицеры, не потеряли ли вы ещё формы?

Прямо-таки! Потеряли форму! Курам на смех! Говорил бы уж прямо: «желаю посмотреть да оценить, что вы умеете».

– В субботу вылетаете. Подробный инструктаж в субботу утром. Вопросы есть?

– В субботу? Тимофей Прокофьевич говорил – в пятницу?

– Тимофей Прокофьевич в расписание авиарейсов не смотрит. А я смотрю.

Просто и коротко. Больше вопросов на тему «кто в доме хозяин?» – у меня не возникает.

– Еще вопросы?

– Никак нет! – отчеканиваю я.

– Вот и хорошо.

Идите. Завтра с утра, часов, скажем, в десять, жду вас с фотографиями.

– Разрешите идти?

– Ступайте, Александр Васильевич, ступайте.

Ну что ж, наступило время игры ва-банк. Похоже, у нас есть реальный шанс получить с этой игры свои дивиденды.

* * *В наш тихий гномовский клуб я возвращаюсь радостным и окрыленным.

– Что случилось? – дивясь моему настроению, интересуется капитан Бирюков. – Банников сделал тебя своим исповедником?

– Что-то в этом роде, – ухмыляюсь я. – Хотя, мсье Арамис, исповеди – это по вашей части.

– И нечего тут обзываться, – деланно обижается Слава, – ты по делу говори.

– Ладно, не дуйся. В общем, слушай внимательно. Банников во всей этой операции – только прикрытие, ширма, свадебный генерал.

– Не понял?

– Что тут непонятного? Банников, если посмотреть его нелегкий боевой путь, типичный выскочка. Серьезных дел у него практически не было, и вся то его заслуга в том, что он вовремя оказался в нужном месте и директивы сверху понимал с полуслова.

Мужик он въедливый – это да, но для того, чтобы в неполный полтинник быть генерал-лейтенантом в Комбинате подобного достоинства маловато. Поэтому, сидит он на своем высоко поставленном кресле на столько как профи экстра-класса, сколько как человек Президента. После того, как волей случая он от Бумазеева перекинулся к Номеру Первому, вся его карьера завязана только на него. Как ты думаешь, коллеги Тимофея Прокофьевича, на глазах у которых этот приезжий подполковник меньше чем за десять лет в генералы и замы выбился, сильно его жалуют?

– Думаю, не очень.

– Скорее всего. Значит, если в результате всех игр группы Мюррея, Президент слетает с грохотом и треском, то не успеем мы с тобой оглянуться, как их превосходительство у метро пирожками торговать будет, а то и ещё чего похуже. Смекаешь, к чему я речь веду?

– Пока не совсем. Если Банников – попка, то кто тогда всем этим кордебалетом дирижирует?

– Еще один наш знакомый. Генерал-майор Баландин.