Марш обреченных

Таким образом, убийства Мухамедшина, Сухорука и Рыбакова вполне могут быть связаны с деятельностью этой команды. Впрочем, это лишь допущение, версия, базирующаяся на подборе фактов. Будь здесь Слава, он непременно бы привел десяток резонов, подмывающих мои подозрения. Хотя из того, что у нас есть на сегодняшний день, моя версия наиболее вероятная. С нею трудно спорить. Но это – на сегодняшний день.

Кстати, о резонах: надо бы позвонить в Центр, узнать, как идет эвакуация. Надеюсь, телефоны ещё не отключили. Звякнем на последок, скоординируем дальнейшие действия.

Торможу у автомата.

– Алло, Славик. Привет. Ты дома ещё будешь? Ага. Да нет, все в порядке. Я сейчас приеду. Ты не против? – произношу я как можно более беззаботно.

Не против. Вот и прекрасно. Привет тебе, Фарисеевский переулок. Быть может, в последний раз привет!

Понурые каменные львы у входа, разобранный электронный тамбур, демонтированная стойка контроля… Вопиющая победа голубей над ястребами.

Слава сидит на добытом где-то стуле посреди пустой комнаты.

– Ну, как дела, командир? Что подследственный? – произносит он, и слова его гулко разносятся в опустевшем кабинете.

– Готовит очередную гадость. Пока не понятно кому, но в исполнители пригласил меня, – рапортую я, ища взглядом, куда опустить свое утомленное тело.

– Вот оно даже как? Интересное кино. Я, как видишь управился с нашим имуществом, так что с понедельника можно выходить на работу, – с нескрываемой грустью в голосе произносит Бирюков, прощаясь, очевидно, в душе с родными стенами, которые, как известно, помогают в тяжелую минуту.

– Хорошо. А по нашим делам есть что-нибудь?"

"– Немного. Валера прощупывает почву возле дома Рыбакова. Тагир отправился в гостиницу «Славянская»… – В глазах Славы появляется боевой огонь, отгоняющий хандру.

– На тему?

– Если помнишь, именно там убили Мухамедшина, – начинает разворачивать передо мной панораму прошедших событий Мангуст четвертый.

– Помню.

– Так вот, мне удалось установить, что в то же время, когда там жил отставной узбекский полковник, в соседнем номере останавливался наш неизвестный конкурент мистер Макс Коулер. Причем, обрати внимание, оба номера были забронированы одновременно некоей германской фирмой «Джермен агроэкшен».