Мама для крошки-дракошки, или жена Хранителя Севера

Что он ошибается. Что она, самая важная драконица, будет указывать ему, какому-то Хранителю Севера, что он должен делать. Ведь сам он глупый и не знает, как правильно жить.

Девочка задумалась. В детской голове никак не укладывалась идея о том, что ее любимый папа может быть глупым.

— Никто не может говорить папе, что ему делать, — проронила в итоге Энни.

— Да, я тоже так думаю. Я слышала, что Харелт Фойртелерн — самый успешный Хранитель Севера за последние столетия.

Мы помолчали, и я осторожно, не желая спугнуть правильные мысли, добавила:

— Так, может, ошиблись те драконицы?

— Меня рвали на части, — Энни обняла себя за плечи, — за то, что моя мать…

— Тебя рвали на части жестокие, глупые дети, — я открыла руки, приглашая дракошку в объятия, — дети жестоких и глупых родителей. Невоспитанные дети.

— Но я все равно остаюсь порченой кровью, — Энни прижалась ко мне, — дочерью воровки крови.

Я осторожно погладила ее по спутанным волосам и тихо спросила:

— Мы знакомы всего ничего, но, как ты думаешь, ты можешь мне верить?

— Могу, — дракошка обхватила меня руками, — я ведь слышала твои чувства.

"Согнувшись, я оставила на ее макушке несколько поцелуев и хрипло, но уверенно произнесла:

— Дети не отвечают за грехи родителей, Энбетестир Лайна Фойртелерн. И к героическим подвигам тоже отношения не имеют. Ты та, кто ты есть. Та, кем ты решишь стать.

— Думаешь, мама не сама захотела так поступить?

— Уверена. — Я вновь пригладила ее путаные локоны. — Давай-ка я тебя заплету, и будем искать выход.

— Я могу…

— Нет, ломать ради меня крылья не надо. На мне храмовая одежда, вокруг тебя я сейчас создам кокон тепла.

Изрядно повеселевшая дракошка покивала, отпустила меня и тут же повернулась спиной.

— Хочу драконий хвостик!

— Будет сделано, — рассмеялась я.

И на несколько минут мы забыли о нашем довольно плачевном состоянии.