Магическая сделка

Я же нервно продолжила:

— Магистр Воронир — а это Воронир, он на себя облик Валентайна натянул, — вполне способен повлиять на Владыку, и тот просто спалит вас огнем, как уже однажды едва не спалил меня.

Гаррат, помрачнев, едва слышно произнес:

— Прости…

— Даже не обижалась! — заверила его. И торопливо, боясь, что Воронир вернется, снова обратилась к Асур-Ррату: — Уходите, пожалуйста, я ни секунды не сомневаюсь, что Ирэнарн всех спасет, но очень боюсь, что он может просто не успеть спасти вас… Валентайн вот уже мертв…

Но древний стоял, странно глядя на меня, а в конце концов глухо произнес:

— Милада… что ж ты за человек такой…

— Защищенный, — с намеком сказала я.

Древний тяжело вздохнул и, к моему огромному облегчению, ушел, открыв сокровищницу и провалившись в нее.

Я откинулась на жертвенник, действительно просто отдыхая, и, услышав слова Гаррата, даже не сразу поняла, что он имел в виду, произнеся:

— Ты назвала его по имени.

— Асур-Ррата? — переспросила, устраиваясь на жертвеннике поудобнее.

— Я не про древнего, — отстраненно сказал Владыка. — Ты назвала по имени моего брата.

Я замерла, затем медленно приподняла голову и посмотрела на Гаррата. Дракон, не отрываясь, смотрел на меня нечеловеческими черными с серебристым зрачком глазами, и в его взгляде было что-то жуткое.

— Почему? — хриплый усталый вопрос.

Ответа у меня не было ни на одно из «почему», которые мог подразумевать Гаррат.

— Потому что я безответственный неуч, не способный не то что защитить любимую девушку, но даже едва не убивший ее?!

— Владыка, вы были под магическим влиянием, случившееся не было вашей виной ни в малейшей степени, я не…

— Я люблю тебя, — вдруг произнес Гаррат, не дав договорить.

У меня дыхание перехватило от чувства сожаления и… вины.

— Я люблю тебя с первого взгляда, с той самой секунды, как увидел твои ножки, твои испуганные, широко распахнутые от ужаса глаза, с того мгновения, как ощутил твой запах, — с каким-то ожесточением, быстро и четко проговаривая каждое слово, продолжил дракон.

"Я в ужасе смотрела на Гаррата, и он, как-то по-своему восприняв этот ужас, жестко добавил:

— Ир — боевой дракон. Боевой, Милада.