Мадам будет в красном

По крайней мере, далеко. И наведывается в город и в твою квартиру, в частности, когда ей заблагорассудится.

– Ну и что? Она же моя сестра. Между нами с детства нет особой близости, но от этого она не перестает ею быть.

Зубов немного подумал. Был еще один вопрос, от ответа на который зависело очень многое. Вот только знает ли этот ответ Анна.

– Скажи, а Ева могла иметь доступ к каким-нибудь сильнодействующим лекарствам?

– Ты думаешь, она употребляет наркотики? – Глаза Анны расширились, и она стала очень сильно похожа на женщину-олененка с черно-белых фото.

– Нет, я имею в виду медицинские препараты, которые отключают сознание, вводят в состояние наркоза.

– Ну откуда? – Анна даже рассмеялась от нелепости подобного предположения. – Ева у нас простая совсем, без образования. Для заработка могла и подъезды мыть, и улицы подметать. Откуда у нее доступ к лекарствам? За медикаменты у нас отвечает Липа, это она в больнице работает. Ну, или у Марии Ивановны что-то осталось. С тех пор, как она еще работала."

"В психиатрической больнице не могло быть лекарств, используемых в анестезиологии.

Там не делали операций, это капитану Зубову было понятно со всей очевидностью. А в крови у Бабурского и Зябликова были найдены следы именно такого препарата. Да и Мария Ивановна Бердникова всю жизнь проработала простым участковым педиатром. Но связи в медицинском мире у них обеих были, это точно, а потому совсем списывать их со счетов было неправильно.

Анна снова вцепилась в его руку, оставляя на коже следы ногтей.

– Алеша, – еле слышно сказала она, – ты знаешь, мне отчего-то так страшно. Мне кажется, произойдет что-то плохое. Очень плохое. Пожалуйста, люби меня. Люби меня так сильно, как только сможешь.

Зубов притянул ее к себе, запрокинул голову, нежно прикоснулся губами к наполненным слезами оленьим глазам, одному, второму.

– Ничего не бойся, – хрипло сказал он и начал расстегивать пуговки на ее шелковой, совсем не домашней блузке. – Я смогу тебя защитить. Я обещаю.

* * *Липа закончила заполнять последнюю историю болезни, отложила ручку и потерла уставшие глаза.

Сегодня она была с ночного дежурства, и дежурство выдалось, прямо скажем, неспокойным. Новая пациентка, поступившая всего несколько дней назад, доставила немало хлопот всему персоналу: и Липе, и медсестрам, и санитару.

На этом месте мысль сделала прыжок в сторону, сместившись с трудной пациентки на Егора Ермолаева, тоже санитара, ныне находившегося в отделении нейрохирургии областной больницы.