Любовь приходит в сентябре

Накрыла голову подушкой, чтобы хоть как-то приглушить кашель.

– Ну что ты как маленькая? – раздался хриплый ото сна голос совсем рядом, и подушка улетела куда-то в угол дивана. – Про теплое питье при кашле не слышала, что ли?

Да слышала она, конечно. И болеет не первый раз, но не признаваться же, что страшно нарушить практически стерильность кухни! Наверное, он из тех помешанных на чистоте, которых по телевизору показывают – с расстройствами психики.

– Не хотела тебя разбудить, – нашла приемлемую отмазку.

– Все равно вставать пора.

– Может, нужно что-то сделать по дому? – предложила Илонка, не желая быть обузой. Вместо ответа удостоилась такого взгляда, что сразу поняла – она непроходимая дура.

– Я работаю, ты – выздоравливаешь. Что непонятно в этой простой логической цепочке? – выгнув бровь, с нажимом спросил Мельников. – Я в ванную, потом жду на кухне.

Крыть было нечем, и Илонка показала язык спине Вадима.

– Я все вижу, – не поворачиваясь хохотнул он. Девушка нырнула под одеяло с головой. Конечно, видит, в зеркале-то! Ну почему ее так и тянет на какую-нибудь глупость рядом с Вадимом? С трудом удерживается, чтобы не провоцировать этого логика и педанта, чтобы посмотрел теплым серым взглядом. Пока она витала в облаках, мужчина уже хозяйничал на кухне.

– На голодный желудок принимать таблетки нельзя. Быстро завтракать, – крикнул Вадим, заставив девушку подскочить с дивана.

Когда появилась в дверях, хозяин квартиры окинул ее, закутанную на два раза в его халат, пристальным взглядом, покачал головой. Илонка, задрав нос, прошла к столу и плюхнулась на стул. Халат все время норовил распахнуться или соскользнуть с нее, длинные рукава мешались даже в подвернутом виде. Да и вообще вопрос сменной одежды встал довольно остро, и она просто не знала, как его разрешить."

"– Твой чай, – сказал Вадим, ставя кружку на стол.

Мельников, от которого этот жест не ускользнул, ответил на невысказанный вопрос:

– Как полегчает, тогда кофе. А сейчас чай со всякими полезностями.

“Вот же… всевидящее око, – сердито подумала Илонка. – И зануда”.

– Спасибо, – постаралась, чтобы в голосе не было слышно досады.