Восхитительная ведьма (СИ)

Мне вдруг вспомнился Костя — единственный парень, который заставлял мое сердце то замирать, подобно испуганной маленькой птице, то биться быстрее, будто я мчалась на американских горках и делала крутые виражи.

Жаль, что Костя уехал.

Впрочем, мне и одной хорошо."

"Надев рубашку, я покружилась у зеркала — она была свободной и прикрывала бедра, словно мини-платье. Из-под рукавов видны были только кончики пальцев. Просто загляденье! Мне идет. Даже жаль, что она чистая — мне вдруг до головокружения захотелось почувствовать запах Олега.

Так, опять! Опять у меня мысли пошли не в ту сторону. Меня, что, Василина покусала?

Я расстегнула первые несколько пуговиц и снова посмотрела на себя в зеркало — очень даже ничего.

Олег вернулся через несколько минут, и, прежде чем открть дверь, деликатно постучался.

— Входите, — крикнула я ему, с удобством расположившись на его же кровати — пыталась найти самое выгодное и соблазнительное положение, чтобы Владыко оценил мои ноги, например. Хорошо, что они у меня гладкие после эпиляции…

— Как вы? — спросил Олег, оглядывая меня с ног до головы.

Ну вот, опять на «вы». Да определись ты уже, идиот!

— Испугалась, — соврала я. — Но вообще хорошо.

— Простите, это моя бывшая девушка, — сведя темные брови к переносице, сказал Владыко. — Мы расстались, но у нее остались ключи от моей квартиры.

— Она не в себе, — заявила я ему. — Ворвалась, стала орать, ударила меня… Я думала, ваша бывшая меня убьет. Честное слово.

— Не думал, что скажу это вам, но, Татьяна, теперь неловко мне, — тронула вдруг его губы усталая улыбка.

— Правда? — возликовала я. — Теперь вы меня понимаете?

— Нет, мне не настолько неловко, чтобы понимать вас, — мигом отрезвил меня Владыко. — Кстати, ваше платье уже в машинке. И пока оно стирается, можете отдохнуть в моей комнате.

— А вы что будете делать? — не устроил меня такой вариант.

— У меня много работы. Нужно срочно подготовить документы, — отозвался Олег, который, кажется, смирился с тем, что я просочилась в его квартиру и теперь нахожусь в ней, а уберусь из нее нескоро.

— Тяжело быть преподом, — вздохнула я.

— Преподом-козлом — еще тяжелее, — хмыкнул вдруг он.

— Что я слышу?! Это самоирония? — воскликнула я.

— Что-то вроде этого. Отдыхайте. Можете включить телевизор.