Восхитительная ведьма (СИ)

«Нет», — сонно ответила Таня. «А шенгенская виза?» — продолжал он. «Еще три месяца действует. Зачем тебе?» — ничего не понимала девушка. И тогда Костя с затаенным торжеством сказал, что покупает билеты. «Какие билеты?» — выдохнула Таня, а он весело рассмеялся."

"Костя решил отвезти ее на море. И выбрал Тенерифе — крупнейший остров Канарского архипелага, знаменитый пляжами всех оттенков, отличной погодой и вулканом. Его называли островом вечной весны.

Глава 59

Сказать, что Таня была в шоке — не сказать ничего. Она никуда не планировала лететь в июле, более того, понимала, что отец не отпустит ее заграницу одну с каким-то мальчишкой — так пренебрежительно Ведьмин-старший называл Костю, который почему-то не внушал ему особого доверия.

Однако Костя был очень настойчив, и Таня не смогла устоять. Родителям она сказала, что уезжает с Женькой к ее бабушке в Сочи, и те нехотя отпустили ее. А сама рванула в Испанию вместе с Костей, понимая, что это будет сумасшедшее приключение. Так оно и вышло. Эту дни, проведенные с Костей на Тенерифе, въелись в ее память, и Таня долго считала, что это самое счастливое время в ее жизни. Первая любовь, теплое море, песчаные пляжи Плайя-де-Лас-Америкас, прогулки по «Золотой миле», сосновый лес на склоне Тейде, шоу фламенко, аквапарк, откровенные поцелуи на закате под аккомпанемент волн — все это казалось ожившей сказкой. Они с Костей арендовали машину и объездили весь остров. Мчась по его идеальным дорогам и наслаждаясь ярким солнцем, Таня понимала, что Костя — тот, кто ей нужен. Пусть он неидеальный, пусть не такой, каким она представляла мужчину своей мечты, но родной и до боли свой. Человек, который сделал ее счастливой.

Таня любила в нем все. Его мягкий баритон, почти невесомые прикосновения, незлую иронию. Любила и душу, и тело, потому что иначе любить не могла — ведьмы ведь любят самозабвенно. Ей было нелегко решиться на близость — для нее это был безумно ответственный шаг, означающий полное приятие человека, но под окном пело ночное море, на черном небе искрились звезды, и губы Кости были такими теплыми, а руки — горячими, что она решилась.

Если вместе — то навсегда.

Так она думала, упиваясь поцелуями со вкусом мальвазии, сладкого густого вина с ароматом засахаренных фруктов.

Если вместе — то безвозвратно.

Так она понимала любовь, отдаваясь его объятиям и слыша в висках вместо пульса оглушающий грохот волн.

Если вместе — то до конца.

Так она решила, разглядывая тронутое загаром лицо заснувшего Кости.