Любят только раз

— Тебе не нужно было спускаться, любовь моя, — улыбнулся Николас. — Я как раз собирался принести тебе пирожных.

— Не сомневаюсь, — бесстрастно сказала она, не сводя глаз с Селены. — Мадам, соблаговолите упаковать ваши чемоданы и покинуть мой дом.

Самодовольная улыбка мгновенно слетела с лица Селены.

— Вы не имеете права. Меня пригласила леди Мириам.

— Хозяйка здесь я, а не леди Мириам. И имею право делать то, что считаю нужным.

Николас догнал ее в коридоре и схватил за руку:

— Черт возьми, в чем дело?

— Не прикасайся ко мне!

— Идем сюда.

— Да, наверное. Иначе бы не поверила, что ты изменился! — яростно выкрикнула она.

— О чем ты?

— Еще не успела остыть постель, а ты уже отправился на поиски новых развлечений! Пожалуйста, забавляйтесь с кем угодно, сэр, но не пытайтесь больше играть моими чувствами!

— Неужели я мог бы захотеть другую женщину после ночи с тобой? — удивленно спросил он. — Она случайно оказалась в буфетной, когда я зашел взять тебе пирожных.

— В доме полно слуг, милорд. Они могли бы принести завтрак в мою комнату, — холодно заметила она.

— Они с ног сбились, ухаживая за нашими гостями. У меня тоже не было на это времени, ведь ты обещала скоро вернуться.

— Не верю.

— Но это же смешно, Регина. У тебя нет причин для ревности. И ты не можешь выгнать из дому Селену. Я ей так и сказал.

— Да как ты посмел!

— Если бы ты знала, как глупо выглядишь… Взглянув ей в глаза, сверкающие яростным огнем, он умолк.

— Глупо? Да, я — слепая дура! А вы, сэр, — подлец, негодяй, ублюдок. Вы не хотите, чтобы ваша подруга уезжала? Пусть остается, но я сегодня же покину этот дом. И если вы попытаетесь меня остановить, я… я вас убью!

Его лицо потемнело от гнева, но Реджи, поглощенная тем, что наконец-то высказала все накопившееся у нее за эти месяцы, не заметила, как он взбешен. Когда он молча повернулся к выходу, она загородила дверь:

— Не смейте уходить, пока я с вами разговариваю!

— А что тут можно добавить, мадам? Вы же сказали все без утайки.

— Вы… вы признаетесь, что все еще хотите ее?

— Кого? Я говорю о своем ублюдстве. Если помнишь, я тебя предупреждал. Я не хотел, чтобы ты выходила за меня замуж.

— Но ты мог бы измениться.

— Как я могу изменить обстоятельства моего рождения?

— Рождения? — нахмурилась она.