Личный маг для Наследника. Эхо погибшей цивилизации

— Молчишь? — спросила Дан, усмехнувшись.

Он вновь поднял глаза с обнажённой упругой груди на её лицо.

Отблески безумного огня играли на лице девушки, подсвечивая нежную кожу, пухлые губы, длинные, бабские ресницы. Ручейки чужой крови стекали с подбородка на ключицы, частично скрытые волосами. Но даже эти запутанные пышные волосы не могли укрыть вылепленные плечи — небольшие, но сильные, с заметно развитыми мускулами.

Иво не был уверен, понимает ли он, что она говорит. В этот момент, несмотря на свои ранения, больше всего на свете он хотел вырвать нож из её рук, повалить её на пол, там, где рядом бушевал пожар, где лежали тела мёртвых разбойников, и предаться короткой, животной, страшной страсти.

Отмечая, что они живы, что они — мужчина и женщина, идеально подходящие друг другу, разгорячённые боем. Не зная, что ждёт впереди, но находя короткое, болезненное, безумное утешение в телах друг друга. Он хотел кусать, метить, царапать каждый уголок её тела, позволять ей делать то же с ним, и он не был уверен, что это желание нормально.

Может, она и правда была перерождением Горящей Гильдиры, и именно из-за этого он испытывал столь нечеловеческие эмоции.

Он не чувствовал боли от своих ран. Ему хотелось жить, биться, выгрызать свой шанс. Хотелось эту женщину.

— Я спрашиваю тебя в последний раз, — в её тёмных глазах появилась жёсткость и решимость, словно она уже приняла решение. — Назови хоть одну причину, по которой я должна оставить тебя в живых.

Иво услышал ее в этот раз, хоть и не хотел никаких разговоров.

Видимо, нет.

Потому что он ранен? Потому что связан?

— Потому что я не выдам твой секрет остальным, — хрипло сказал он, провожая взглядом струйки крови, что терялись между её грудей, с вызывающе торчащими сосками.

— Потому что я помогу тебе стать свободной, Воин Севера."

"Она молчала, словно обдумывая его слова, пока пожар вокруг них распространялся всё дальше.

— Поклянись, — наконец с вызовом произнесла она. — Поклянись, что сделаешь всё, чтобы я была свободной, и не раскроешь моего секрета, в обмен на то, что я спасу твою жизнь.

От её голоса он вновь почувствовал эту жгучую жажду разделить с ней страсть прямо сейчас, пока они оба горели, пока оба были живы.