Леди не копают могилы

— То есть это месть за то, что леди Гарье отказалась финансировать ваш храм? — вдруг развеселился Марко и, уже без всякой неловкости перед священнослужителем, обнял Ди одной рукой, притягивая ее к своему боку.

— Боги не мстят, боги несут правосудие, — важно ответил жрец, то есть, конечно же, слуга божий.

Ди вскинула на Марко глаза.

— А если хозяйка заявит, что не давала разрешения на брак своего раба? — уточнил он.

Пузатый жрец развел руками и несколько раз невинно моргнул.

— Так давала же. И дала. А брак — дело нерушимое.

"Верно, женит храм, а разводит король — и то только в крайних случаях.

У Дианы вырвался смешок, нервный, даже истеричный.

— Свеча догорает, — напомнил священнослужитель, которому, что бы он там ни говорил о мирском, явно уж очень хотелось отплатить старухе за жадность.

Диана взглянула на Марко, и ее смех оборвался. Он смотрел на нее серьезнее некуда, а его глаза казались темнее обычного.

— Ты выйдешь за меня замуж, учитывая, что у меня ничего нет, что тебе придется жить в условиях, в которых живут слуги, и что твоя семья наверняка категорически тебя не поймет?

— Да, — твердо ответила Ди.

И жрец, не скрывая удовольствия от своей маленькой авантюры, защелкнул браслеты на их запястьях. А затем достал из-под опустевшей бархатной подушечки книгу учета, распахнул и, уперев ее в свой живот нижним краем, принялся делать запись о только что состоявшемся браке.

Жнеда, про которую, откровенно говоря, к этому моменту все уже забыли, радостно захлопала в ладоши.

— Поздравления попозже, — строго сказал священнослужитель и быстрее задвигал пером.

Жнеда послушно притихла.

— Диана Делавер, — подсказала Ди, когда жрец замер над пустой строкой. Видимо, данные Марко у него уже были.

— Де-ла-вер, — старательно вывел тот. — А теперь — в зал! — захлопнув книгу, провозгласил торжественно.

Диана с Марко взялись за руки и пошли вслед за деловито шагающим впереди круглым человечком в желтой рясе.

— Повремените, я дам вам знак, — велел он им и вышел первым.

— Вега? — прошептала Ди одними губами.

Марко сделал ей большие глаза.

— Обычная аленсийская фамилия.

— Мне нравится, — улыбнулась она.

— Да выходите же, — замахал на них руками жрец, и только сейчас до Дианы дошло, что в зале, полном народа, стоит поразительная, гробовая тишина.