Леди не копают могилы

— Ты здесь! — обрадовалась Ди.

Даже голова закружилась от облегчения.

— Угу, — буркнул угрюмый подросток и взъерошил пятерней волосы. На пол упало несколько застрявших в них соломинок. — Вши у меня, не взяли. — И почесал пятерней затылок.

С губ Дианы сорвался нервный смешок, но она быстро взяла себя в руки.

— Ты можешь приготовить для меня Мону? Это срочно. Пожалуйста, — сказала скороговоркой и сложила перед собой ладони в молитвенном жесте.

Зря, очень зря. Потому что парнишка тупо моргнул, а потом попятился от нее, как от заразной.

— Мону оседлай для меня. Живо! — рявкнула Диана так, что в стойлах забеспокоились лошади.

Зато с мальчишки мгновенно слетела вся сонливость. Он вытянул руки по швам, выставил грудь колесом и бодро оттарабанил:

— Конечно, миледи! Сейчас же, миледи!

А потом понесся куда-то в глубь конюшни с такой прытью, будто кто-то пнул его под зад для ускорения.

Диана вздохнула и обняла себя руками, проводив его задумчивым взглядом.

***

Дорогу до холма, где возвели то ли «храм», то ли «дворец бракосочетания» (тетка всякий раз поражала своими названиями для этого, по сути, одноразового сооружения), Диана практически не запомнила.

Время в сознании сделалось липким и зыбким, как кисель, и она вообще не была уверена, что уже не опоздала.

К самому «храму» не подъезжала. Спрыгнула с Моны возле наскоро сколоченной коновязи, где оставили два хозяйских экипажа и других лошадей, и побежала так.

Вокруг по-прежнему не было ни души, поместье словно вымерло. А двери импровизированного храма были наглухо закрыты, что означало только одно — церемония уже началась.

Первой безумной мыслью было броситься к огромным двустворчатым дверям, с грохотом их распахнуть и ворваться внутрь. Но все же Ди хватило благоразумия остановиться перед самым входом и, тяжело и надсадно дыша после быстрого бега, перейти на магическое зрение, чтобы сперва осмотреться, а уже затем вмешиваться.

Их было много, очень много — гостей. Несколько сотен человек. Десятки длинных скамей, и правда как в храме, выставленных в ряды, с узким проходом посередине. Вон там, в первом ряду, маячила блеклая аура тетушки, рядом восседал кто-то молодой и физически здоровый — наверняка Себастиан.