Ты - моя ошибка

Сильно сжимаю глаза. Сейчас открою, и все закончится. Не будет никакой ночи, темноты и Валеры. Это был плохой сон.

Раз. Все хорошо. Два. Все хорошо. Три. Все будет хорошо.

– Ульяна, – произносит кто-то нежно мое имя. Распахиваю глаза и не верю тому, что вижу. Того, кого вижу. Он сидит на корточках напротив, он пытается разглядеть мое лицо, мои ссадины, меня.

– Никита, – шепчу настолько тихо, что и сама себя не слышу. Новиков вытаскивает телефон, включает видимо там фонарик и наводит свет в мою сторону. Я напрягаюсь, поднимаю ладонь и держу ее чуть выше носа, пытаясь защититься от яркого света.

– Твою мать, что… – он запинается. Явно не оценил всю красоту моего вида. Поджимаю губы и тянусь к Нику, к его груди. Без объяснений. Потому что так хочется, потому что рядом с ним ощущаю безопасность.

Обвиваю руками шею Новикова, утыкаюсь носом в ткань куртки. От неожиданности Никита едва не падает на землю, но успевает вовремя среагировать.

– Не плачь, Снежинка, – шепчет спустя почти минуту. В этот раз тон голоса звучит иначе, безумно мягко, нежно. Не выдерживаю и начинаю реветь в голос.

– Прекрати, я… черт, – говорит Ник. Теперь и он не выдерживает, осторожно касается ладонями моей спины, медленно прижимает к себе, позволяет остаться слабой девочкой.

– Плачь тише, ладно? – неуверенно произносит Новиков. Да только я не слушаю, слезы летят градинами, не в состоянии остановиться. Реву громко, до хрипа, пока силы не иссякнут. Мне это нужно, это личный забег до реальности.

Мы сидим на ледяной земле почти полчаса. Не разговариваем, и, пожалуй, с виду это выглядит максимально глупо. Однако плевать, нам обоим плевать. Никита терпеливо ждет, когда я успокоюсь, и я действительно прихожу в себе. Слезы имеют свойство заканчиваться.

– Спасибо, – искренне благодарю его, чуть отдаляясь. Опускаю голову, стараясь спрятать лицо в темноте и тени распущенных волос.

– Отвезти тебя домой?

– Нет! – слишком резко реагирую. Мой голос звучит громко, но довольно ломано.

– Ко мне поедешь? – Новиков задает этот вопрос без доли игривости, которая ему присуща.

– Я… я с тобой не… – с придыханием говорю, вспоминая предыдущие предложения.