Ты - моя ошибка

Но усталость накатывала, а еще мне казалось, Никита затеял несерьезный спор. Какой человек будет обещать такие деньги за свидание? Полнейшая глупость. Никто не поверит в такое, разве что мой глупый брат, страдающий от такой же глупой любви.

Я устала ставить его на правильный путь. Плечи итак сводит от напряжения. Этим должны заниматься мать с отцом. Где они, в конце концов… Где наши родители…

Навигатор озвучивал путь, мы пропустили несколько красных сигналов, но остановились на пешеходном, когда маленький рыжий кот перебегал дорогу.

Возле нашего двора, а Новиков довез до конечного пункта, который был вбит в навигатор, авто остановилось. Музыка стихла. Я молча выжидала, пока Ванька отстегнет ремень.

– А как сидение отодвинуть? – спросил брат.

– Ты выходи, я отодвину, – улыбнулся Ник, отбивая пальцем ритм на кожаном руле. Казалось, он чего-то выжидает. В груди зацепился тревожный огонек, но я пропустила знак. Интуиция дала сбой.

– Ага, эй, как тебя там?

– Ваня, – шикнула на брата.

– Ну, я должен знать, как зовут человека, с которым заключил сделку.

– Запоминай, – Новиков произнес цифры своего номера, а Ванька их вбил в телефон. Потом, наконец, открыл дверь и выскочил на улицу. Я же мысленно отвесила мелкому дурачку подзатыльник. Дома поговорю с ним. Ну, это уже совсем.

– Бывай, – сообщил Ник, потянулся в сторону пассажирского. Думала, он отодвинет сидение и выпустит, однако Новиков сделал абсолютно обратное действие: закрыл дверь прямо перед носом Вани.

– Какого… – мои глаза расширились больше положенного. Сердце подпрыгнуло, впуская страхи и непонимания.

– Хорошие мальчики не занимаются благотворительностью, Снежинка, – сказал Никита, смеясь в голос.

Глава 18 – Никита

Не знаю, зачем я решил подвезти эту девчонку и ее брата. У меня на нее вообще какая-то странная реакция, думаю не тем местом. Даже мелкому пытался донести, что не бабки делают мужика мужиком, однако он явно не понял.

Стоило Ване покинуть тачку, как у меня щелкнул спусковой крючок. Я поглядывал на Ульяну в зеркало, и все бы ничего, но как она произносила мое имя. Ух! Мороз по спине и тяжесть в паху. Давно такого яркого желания не было.