Леди-самозванка в Драконьей Академии Магии (СИ)

— В отличие от аристократов, которые праздно веселились перед началом учебы, — фыркнул Корский. — Мы — челядь — ходили на курсы...

— Так, челядь, слышал или нет? — перебила его, разглядывая знакомый знак.

Странный такой. Присев, провела пальцем по полу. Выпуклый. Наносили его чем-то необычным. Воском отливали, что ли?— Слышал. Лет пятьдесят назад здесь группа молодых учителей — аспирантов — поставили неудачный опыт. Все погибли, — уже спокойнее отозвался Корский.

— Не все, — исправила его, — профессор Мюрай сказал, один выжил.

— Ну, наверное, ему виднее, — мой сообщник, наконец, вошел в комнату. — Он как раз того возраста. Быть может, тоже среди аспирантов был.

— Интересно, почему этот один выжил?

Осмотрев пол за пределом круга, снова покосилась на странные точки на полу в пыли. Они шли по четыре в ряд параллельно друг другу. Что-то мне это напоминало. Понять бы что!

Снаружи опять раздались скребущиеся звуки, более активные и, я бы даже сказала, нетерпеливые.

— Возможно, его откинуло в коридор, — Корский присел рядом.

Я пожала плечами.

— Плохо разбираюсь в рунах, — призналась нехотя.

— Ну смотри, — он толкнул меня плечом, вынуждая чуть сдвинуться. — Ты сидишь на символе, обозначающим расу лесных друидов. Рядом тоже хорошо сохранился — оборотни. — Он осветил факелом ближайший знак.

"Я призадумалась. Десять великих рас. Выходит, девять на концах лучей звезды призыва и один внутри.

Не вставая на ноги, я ползком перебралась дальше. Покрутилась, пытаясь разобрать, что же было в этом самом центре. Но кто-то будто намеренно разрушил эту руну, как и некоторые, что ближе к двери.

— Вот здесь дракон, — Корский указал факелом справа от себя. — Любопытно, что они здесь делали? Дается мне, нечто незаконное.

— Профессор говорил о магии крови, — шепнула я.

За нашими спинами раздался тихий, еле уловимый шорох. Не сговариваясь, мы обернулись и уставились на черного паука размером с мою ладонь. Его глазки горели десятком мелких точек.

— Умертвие? — еле выдавила из себя, парализованная страхом.

— Да кто его разберет, — шепнул Корский. — Здесь за пятьдесят лет чего только завестись не могло.

Он вскинул руку, и с пальцев сорвался яркий, ослепляющий пульсар чистой, светлой энергии.