Куплю свое счастье

Владимиру Владимировичу об этом знать не обязательно. Он ведь на самом деле хотел помочь.

Смотрю на него и вспоминаю нашу с Левой свадьбу.

Помпезного ничего не было, конечно, но был ресторан, красивое платье, и тамада.

Левин друг был тамадой, он - Владимир Владимирович Утин.

Это не шутка! Его реально так зовут! И он всегда ухмыляется, когда кто-то спрашивает – как с таким именем, отчеством, да еще и с фамилией живется?"

"- Хорошо живется. Я же, так сказать, из простых. Мент. Как любят у нас говорить. А с таким ФИО меня, как ни странно опасаются и свои и… чужие.

Он веселый, простой мужик, человек дела и слова. Если он обязался помочь, значит поможет.

Только мне, как всегда, просить стыдно.

Поэтому я ничего не рассказываю ему про Гену и про то, что он у меня деньги забрал.

Неудобно. Неловко.

Я ведь, получается, за Гену вышла через полгода после смерти Льва. Была уверена, что друзья его меня не поймут. Не потому, что обязана всю жизнь страдать и помнить, но… хотя бы год?

Господи…

Варю Владимиру новую порцию кофе и думаю.

Мне всего тридцать два. А сколько я уже ошибок наделала в жизни?

Много. Увы, очень много.

И как разгребать?

Разливаю кофе по чашкам, ставлю на стол. Добавляю молоко, сахар. Достаю новую порцию печенья – мы сами с Маруськой печем, домашнее, выходит дешевле чем покупать, да и пока на кухне возимся – о многом поговорить успеваем.

- Ух ты, вкусно! Помню, мать такое пекла. Через мясорубку тесто прокручивала.

- Да, и мы так же…

- Ась, давай сядь, и рассказывай, как докатилась до жизни такой?

- Какой?

- Такой, что у тебя олигархи детей покупают?

- Не знаю…

Хочется реветь, но понимаю, что нельзя. Не стоит Владимира Владимировича в неловкое положение ставить. Он начнет успокаивать, снова будет чувствовать себя обязанным.

Я ведь вчера, когда ему звонила, толком не объяснила ничего.

Сказала, что ребенок брата Вишневского, и что он мне предлагает выгодную сделку. И я не знаю, что мне делать.

Это уже Утин сообщил, что вообще-то за такое предложение по закону может сильно «прилететь». Причем как Вишневскому – за то, что предложил. Так и мне – если бы согласилась.

Согласилась! О чем он вообще?

- Как ты умудрилась родить от брата этого Вишневского? И где твой муж – объелся груш?

- Это не я.