Куплю свое счастье

Только она была исполнена благородного гнева, а тут уже белая как мел и застыла, как статуя.

Да, да, дорогая Анастасия Львовна Романова! Я брат Феликса Вишневского, собственной персоной. Пришел по вашу душу. Так что… придется вам меня выслушать и принять предложение.

Смотрю на нее, понимая, что, наверное, все равно не могу относится к ней безразлично и снисходительно. Все-таки она мать моей племянницы, пусть не самая лучшая и достойная, но мать.

Да, так получилось, что с Феликсом у них не сложилось, но сейчас она, по сути, единственная ниточка спасения моей семьи.

Зачем я стараюсь, зарабатываю капитал, развиваю компанию? Если все это мне некому будет передать?

Да, в последнее время я подумывал, что надо бы все-таки жениться, остепениться. Возможно найти женщину с детьми, желательно мужского пола, чтобы в какой-то момент я мог бы передать им управление моей компанией. Можно взять детей из детского дома. Или воспользоваться анонимным донором, тогда никто не узнает, что моя жена беременна не от меня…

Все это, скорее всего, я и сделаю в перспективе.

Но пока то маленькое создание, которое сопит в коляске – моя единственная прямая наследница. И мне надо думать о ее будущем.

- Я не знаю никакого Феликса. Оставьте меня в покое или я реально сообщу в полицию.

Интересно. Не знает.

Думает, я шутки шучу?

Наблюдаю за тем, как она встает, лихорадочно собирается – она успела расстегнуть пуховик, размотать шарф, снять шапку…

Чёрт. Все как-то идет не по плану. И… может мое предложение реально кажется ей нелогичным и диким? Она должна понять.

Решаюсь продолжить.

- Ася, постойте. Подождите. Феликс он…

Вижу, как она закусывает губы, словно старается сдержать слезы. Возможно…

Возможно, она была реально влюблена в моего брата? А он ее бросил беременную? Это была не случайная связь? Ругаю себя за то, что не заставил своих людей раскопать всю эту историю получше. Мало ли.

Но я должен объяснить!

- Я повторяю, я не знаю… - она почти рычит от негодования, а я… Я снова иду ва-банк.

- Он умер.

Вот так. Всего два слова.

Ася замирает.

Только что пыталась мне доказать, что не знает Феликса. Но известие о его смерти точно на нее действует. Выходит – прекрасно она все знает!

И не важно, что я слегка поторопил события.

Брат все еще жив. Да, состояние его по-прежнему стабильно тяжелое. Из комы он не выходит. Подобранные варианты лечения не помогают. Есть ли надежда? Я почему-то уверен, что нет. Но никому об этом не говорю.