Крепостная

— Значит, у тебя все хорошо? А планы? Какие планы на дальнейшую жизнь? – я смотрела на него, слишком заинтересованного моей судьбой, слишком ярко показывающего, что хочет помочь, и от этого мне становилось все тревожнее и тревожнее.

Говорить, что я замужем за барином, не стала. Просто потому, что внутри что-то держало от раскрытия этой новости. И только потом, когда мы, раскланявшись, попрощались, поняла, почему не открылась: мне не хотелось, чтобы он думал, что я пошла на это ради выгоды, ради удобства.

— Сама-то ты видишь, как мужчины реагируют на тебя? Этот так остолбенел даже. Глаза вы-ыпучил, желваки туда-сюда заходи-или, - сидящая через скамью от нас Лидия подошла сразу, как Евгений ушел.

— Да вы тоже хороши, Лидия Львовна: бросили меня там одну! – и правда, несколько обидевшись на нее, ответила я.

— Ты себя бы видела, милая! – хохотнув, а потом вполне серьезно сообщила женщина, умеющая растворяться в воздухе, словно фея из сказки.

— Вам показалось. Просто не ожидала его увидеть! – я хотела прервать это ее суждение обо мне, но она даже думать над ответом не стала.

— Мне почти семьдесят лет, я столько видела и столько слышала, что могу за версту определить в идущей паре счастливых мужа и жену, любовников, прости Господи, или даже несчастного в семье мужчину! Все это в позе, в походке, в повороте головы.

— Чем больше я вас узнаю, тем больше поражаюсь вам, - я ведь и сама только внешне была девушкой, не видавшей жизни.

Но вдруг подумала, что жизнь-то моя состояла из совершенно других деталей! Я выскочила замуж за человека, который просто приглянулся, даже не узнав его хорошо.

— Тебе решать, милая, как жить дальше. А сейчас нам с тобой пора. Фирс ваш, поди, уже все жданки съел.