Крепостная

Да только Домна всем молчать велела! А я так и вовсе верить не хотел. И сейчас не хотел верить, что собственный сын меня убить хочет, - Осип снова взбодрился, и я выдохнула.

— Убить? – удивление Петра меня тронуло. Не мог он так искренне удивляться. Я быстро посмотрела на Клару. Она была белее сервиза.

— Может, и не он, Осип Германыч. Глянь, как невестка твоя малахольная побелела! А ни слова ведь не понимает! – тихо сказала я, стараясь говорить сложнее.

— Чи-то? – поняв, что все смотрят на нее, Клара часто задышала и откинулась на спинку стула.

Петр бросился к ней, приказывая принести воду, нюхательную соль и проветрить гостиную.

«Занавес, господа душегубы!», - про себя объявила я и, улыбнувшись Осипу, мотнула головой в знак согласия, когда Нюра принесла наливку.

Глава 38

Не спали в этом доме после случившегося о-очень долго! Мы с Осипом наслаждались видом наших очумевших «деток». Они, в свою очередь, то уходили к себе в крыло, то возвращались к столу, словно не верили, что произошло все именно так.

За ужином было тихо, за исключением постанывания Клары.

Она то и дело напоминала, что носит внука наследника, и теперь ей боязно за его судьбу. Петр же, белый, как полотна, которые выбеливают в марте, куда ни глянь, молчал и с тоской смотрел на свою молодую жену.

— Никто поздравить нас не захотел, Надюша. Ну да и ладно. Гостям скоро в путь-дорогу собираться. Не станем их держать, - объявил Осип после чая.

Но никто не разошелся. Петр ждал, когда я уйду, чтобы остаться с отцом наедине. И я ушла к своим подругам на кухню.

За Осипа я больше не боялась, а смотреть на этих изуверов у меня желания не было. Только вот одно сейчас меня грызло: лицо Петра, когда заговорили про нападения на его отца. Так сыграть непонимание он вряд ли смог бы. Неужто Кларка одна все это провернула? А наш лопух и не заметил, кого пригрел?

Вернулась в дом я за полночь. Но голоса в гостиной дали понять, что семья не разошлась.

— Я ведь, батюшка, на тебя одного надеялся, - Петр еле вязал лыко.

— Я тоже, Петя, только на тебя.

Да вот не дождался чего ждал. Так что обижаться на меня не смей. Спорить с тобой я больше не стану. Хочешь продавать землю – продавай. Да только купят ее больно задешево, сам знаешь почему, - усталый голос барина меня удивил. Редко он так долго задерживался.

Я глянула на большие напольные часы в гостиной, циферблат прекрасно был виден из коридора. Первый час ночи! Куда годиться с его здоровьем? Но идти туда не хотелось.

И в этот момент во дворе зашумели.