Колодец и бабочка

 – Слушай, принеси из машины два шарфа, они в кармане на спинке водительского сиденья, замотаем рыло, сейчас запах шибанет…

Илюшин присел на корточки, разбросал ладонями землю, как археолог, расчищающий статую, и постучал по обнажившейся грязной доске.

Изнутри раздался негромкий вой, перешедший в ворчание и резко оборвавшийся.

У Бабкина отпала челюсть.

– Матерь божья… Живой?!

В четыре руки они расчистили доски, раскачали и попытались вытащить из земли ящик – но ничего не вышло, тот был слишком тяжел, ухватить его не получалось.

– Как эти-то вдвоем справились? На веревках спускали, что ли?

Он выпрямился, потер поясницу и тяжело выдохнул. В ящике молчали.

Макар прошлепал в кроссовках по мокрой траве в направлении сарая и вскоре вернулся с ломиком в руках.

– Ну, поехали… – С этими словами Макар загнал узкий край лома в щель между крышкой и корпусом ящика.

– Подожди, – остановил его Сергей. – Что ты делаешь?

– Собираюсь вернуть коту свободу.

Бабкин вытаращил на него глаза:

– Ты что, думаешь, он там сидит в кипе и читает Тору? Это кот, елы-палы! Он три дня провел взаперти! Он либо глаза тебе выцарапает, либо кинется в панике уходить огородами, и черта с два мы его отловим!

– Ну, он ослаб… – без особой уверенности возразил Макар. – Еда и вода, что они ему оставили, давно закончились…

– Я, знаешь, однажды возил ослабленного кота лечиться, – сообщил Сергей. – Он устроил Армагеддон в отдельно взятой ветклинике и пытался распороть врачу яремную вену.

Илюшин взъерошил волосы. Вид у него был смущенный.

– И что делать? Везти его в ящике? Мы его даже поднять на поверхность не можем…"

"Бабкин окинул его взглядом, исполненным глубокого превосходства. Наступила минута, которой он ждал всю последнюю неделю. Тебя могут считать динозавром, намекать на то, что твоим любимым фильмам, которые вышли максимум пять лет назад, уже четверть века… Ты можешь не разбираться в аниме и не отличать вейп от айкоса… Но если ты знаешь, как безболезненно извлечь кота из запертого ящика, ты стоишь всех анимешников, вместе взятых.

– Рано! – объявил Сергей. – Рано, говорю, списывать нас в утиль!

– Какой утиль, что ты несешь? – озадаченно спросил Илюшин.

– Не слабеют умом ветераны!

– А по ним и не скажешь…

– Жди здесь, шепчи этому бедолаге слова поддержки.