Колючка и богатырь

Взял, сцепил зубы, видя, как светлая рубашка пропитывается темной кровью, прижал к себе и тихо зашептал на ухо:

— Колючка моя, кнопочка, — шептал Федор, — Все хорошо. Я рядом. И не отпущу никогда. Не отдам никому. И уйти не позволю.

Черт гнал машину по трассе, по телефону велел своим людям запихать стонущего Гешу в багажник, а Смаля в салон, и ждать его за городом. Сопротивления со стороны людей Смаля не было.

Далее, Захар позвонил Андрюхе. И прибавил скорости, видя, как бледный Мелкий держит на руках еще более бледную Вику.

— Феедь? — тихий женский шепот показался Черту жутким.

Зато Федька радостно вскинулся, когда услышал любимый голос. Если в сознании, значит все хорошо. Значит, не опоздал. Значит…

— Федь, у меня, кажется, ноги не двигаются, — тихо прошептала Вика, вгоняя Федьку в жуткий страх.

— Сейчас доктор посмотрит, — прошептал Мелкий, — Посмотрит и все скажет.

— Федь, я головой ударилась, когда падала, — шептала Вика, пряча лицо на груди парня.

— Я понял, Вик, — хрипло говорил Федька, — Ты лежи, силы побереги.

— Федь, пообещай, что все хорошо будет, — попросила Вика, — Мне страшно. Очень страшно."

"— Ну, что ты, Колючка моя, — постарался улыбнуться Федька, — Ты ведь у меня н-н-ничего не б-б-боишься.

— Федь, я тут подумала, — голос Вики звучал очень тихо, Федору приходилось прижиматься к ее виску, чтобы слышать даже не шепот, а колебания воздуха, — Вдруг внутри меня уже малыш.

— Кнопка… — выдохнул парень, понимая, что держится исключительно потому, что надо. Потому что она в его руках, и он должен быть ее опорой и поддержкой.

— Федь, мне холодно, — прошептала Вика, едва слышно.

— Захар?! — то ли крикнул, то ли выдохнул Федор. А Черт, сглотнув, только прибавил газа.

— Я предупредил, Андрюха всех собрал, — обнадежил Черт, — Нас ждут уже.

— Вик, кнопочка моя, — шептал Федька, стараясь держать девушку в сознании, — Ты держись, не отключайся, на меня смотри давай!

— Смотрю….

— Конечно, нет, родная моя, — возмутился Федька, — Даже и думать не смей!

— Федь, ты не понял, — Вика едва заметно улыбнулась, — Я не умру — это обещание. Не хочу, чтобы ты достался какой-то другой. Ты ведь мой.

— Вика, Господи, кнопка моя, — выдохнул Федька, — Да кому я нужен.