Хулиган. Его тихоня

 — И все думают, что это сделал парень нашей тихони?

Я прикусила губу и стала скреплять бумаги быстрее и ожесточеннее.

— Да… — неохотно ответила Ульяна.

Таня замолчала, а я осмелилась взглянуть на нее. Она смотрела на бумаги на своем столе с выражением лица, которое я не могла понять.

— Скатертью дорога, — услышала я тихие слова Тани.

— Что? — переспросила Ульяна, то ли не услышав, то ли не поняв подругу.

Таня громко вздохнула и обратила свой недовольный взгляд на Улю.

— Я сказала, убирайся, если не собираешься помогать.

— Это не то, что ты сказала! — возразила она.

— Ты собираешься помогать или нет?

— Но мои ногти! — Ульяна комично захныкала.

— Как же мне хочется тебя придушить!

Я думала, что Ульяна раздражала только меня, но, похоже, ее лучшая подруга разделяла мои чувства.

— Ты не можешь так поступить! Что подумают твои родители, узнав, что их примерная доченька совершила убийство?

Таня покраснела от злости, а я подавила смешок. Она всегда казалась спокойной и собранной, но, видимо, Уля обладала способностью разрушать ее безупречное самообладание.

Я подперла подбородок ладонью, поставив локоть на стол, и с завистью наблюдала за ними обеими. Я тоже хотела такой дружбы.

Тяжело вздохнув и покачав головой, я отогнала эту глупую мысль. Мне и так повезло, что Уля захотела со мной дружить, хотя Таня и не разделяла этого желания. Нужно довольствоваться тем, что имеем…

А пока я продолжала смотреть на них, в моей голове начали роиться совсем другие мысли.

Леша…

Я закрыла глаза.

Я все еще помнила холодное выражение его лица, напряженность его тела, свежую кровь на костяшках пальцев, пылающий гнев.

Но даже тогда, когда я до ужаса боялась его и боялась за себя, я все равно впустила его.

Я впустила его не только в свою квартиру, но и в свое сердце.

Я позволила своему сердцу управлять мной. Я позволила сделать выбор своему сердцу, а не здравому смыслу. Я позволила своему сердцу выбрать Лешу, даже если он мне совершенно не подходил.

Даже когда он был совсем не похож на парня моей мечты.

Когда я вернулась к нему, взяв аптечку, он сидел, уперев локти в бедра. Выйдя из-за угла, я окинула его взглядом. Он смотрел на свои руки, его волосы частично закрывали глаза.

И тут меня осенило.

У меня ком встал поперек горла, когда я увидела его.

На его лице отражалось беспокойство, печаль, страх и… и, казалось, он выглядел сломленным.

Леша выглядел сломленным.