Княжич варяжский

— И было бы неплохо, князь, нам от тебя пару десятков гридней получить, в степном бою умелых и с луками ловких.

Удостоился пытливого Олегова взгляда.

— Степью не дойдете, — изрек тот наконец. — В степи воевать — уметь надо. А двадцати гридней для вас у меня нет. Водой идите. Не хочу вас потерять, родичи.

Очень трогательно прозвучало. Проникновенно. С настоящей заботой. Даже Рёрех повелся. Родня — это святое. Олег-Хельгу хорош. Исключительно благородная и мужественная внешность. Глаза ясные, волосы белокурые, прихваченные золотым обручем, на плечи волнами ниспадают, борода с редкими серебряными нитями подстрижена аккуратно, вымыта и расчесана.

— Добро, — согласился Рёрех. — Мы пойдем водой.

Собственно, он так и планировал. Да и привычнее так. Забыл княжич, о чем с Сергеем по пути в Киев говорили. Что это не север. И что надо именно опыт степной войны нарабатывать.

— Мы пойдем водой, — решил за них обоих Рёрех.

— Добро, — согласился Сергей. — Вы — водой, а мы — степью.

Оп! Удивил названого брата. А вот великого князя — нет. Вещий, блин. Будто мысли читает.

— Ждал, что ты так скажешь.

И интонация такая… Мол, глупость делаешь, но препятствовать не стану. Твой риск. И твоя удача.

— Проводника дать?

Да уж как-нибудь без подачек обойдемся.

— Сами справимся. Есть кому путь промыслить.

— Догадываюсь, — и снова улыбочка… понимающая. — А все же помочь тебе позволь. Во-первых, припас у моего тиуна возьмешь, сколько увезти сумеете, во-вторых… — Олег сунул руку в кошель на поясе и извлек тонкую золотую пластинку, вроде монеты с дырочкой. На одной стороне — атакующий сокол Рюриковича, на которого, строго говоря, у Олега прав нет, но пользуется, на другой его, Олега, профиль чеканный. — Возьми, Вартислав.

Веско так сказал. Вещун, блин.

И все же Сергей не выдержал, заулыбался. Пластинка эта с соколом приравнивала его к этим самым воеводам-боярам. И одновременно поясняла всем, почему у Сергея, княжича белозерского, вдруг образовалось подворье на исконно киевской элитной горе.